Страница 1 из 5 123 ... ПоследняяПоследняя
Показано с 1 по 10 из 46

Тема: Фантастика и фэнтэзи 2

  1. #1
    Супер-модератор Аватар для serg.2
    Регистрация
    19.02.2008
    Адрес
    МО Одинцово
    Сообщений
    3,439
    Вес репутации
    17

    По умолчанию Фантастика и фэнтэзи 2

    In Nomine Patris, изгнание беса:-)

    Натруженное солнце начало склоняться к отдыху, когда в дверь католического монастыря застучали с усердием, более уместным при молении. Привратник чинно подошел, отпер, и едва не был сметен с ног ворвавшейся женщиной. Ее залитое слезами лицо с расширенными от ужаса глазами, дрожащие вытянутые перед собой, словно в попытке кого-то схватить, руки заставили привратника быстро перекреститься.
    - Что, что случилось? - визгливо спросил он.
    Выдавив несколько невнятных звуков, женщина, наконец, произнесла:
    - Горе!.. Джек... мой сын... в моего сына вселился бес! Где святые отцы?
    - Уехали все. На лекцию отца Балтазара. Вернутся завтра...
    - О-о-ой!.. - завыла женщина и опустилась на каменный пол, закрыв лицо руками.
    - Есть послушник, - попытался успокоить несчастную привратник, - подождите, - и убежал в сторону келий.
    Через пять минут он появился в сопровождении юноши лет тринадцати, облаченного в рясу послушника, заляпанную пятнами краски. Едва увидев его, женщина запричитала и сбивчиво принялась рассказывать о постигшей ее семью беде. В сына - Джека - вселился бес. Это очевидно. Другого не может быть.
    - Вы бы слышали, что он говорит, видели бы, каким он стал! - выла она.
    Послушник слушал со все растущим интересом. На нем не было сана, проводить обряд экзорцизма он не имел права. Да и не справился бы, наверное. Но как же ему хотелось попробовать! Сколько раз он представлял себя в роли борца с нечистью, уверенно приказывающему коварному демону отправиться в ад, где тому самое место. «Мне бы только одним глазком глянуть, и все», - убеждал он себя.
    - Я схожу, посмотрю, - решившись, сказал он тонким голосом с проблесками будущего баса. - Сейчас, только переоденусь, - и, пытаясь выглядеть солидно, нетерпеливо пошел к себе.
    В келье он сменил рясу на другую, чистую. После подумал немного и, сбегав к алтарю, запасся бутылочкой святой воды и распятием, - так - на всякий случай. Прихватил также том бревиария...
    По дороге женщина рассказала более подробно о том, что случилось.
    Утром, когда она вошла в комнату, чтобы разбудить Джека в школу, то обнаружила его не спящим, со страшными темно- красными глазами. Сын обращался к ней «женщина», и хохотал, как одержимый. Она сразу бросилась в церковь, но там никого не было. Целый день она безрезультатно пыталась найти хотя бы одного священника. Теперь-то она понимает, почему не нашла, - все на этой лекции отца... как там его?.. - хорошо, добрые люди подсказали сходить в монастырь.
    То, что рядом с ней идет не священник, а всего лишь послушник, женщину не смущало нисколько. Набегалась, измучилась. Хоть кто- то рядом, и то хорошо...
    В доме она провела юношу на второй этаж и, осторожно подойдя к двери комнаты сына, посторонилась.
    - Идите сами, я не могу на это смотреть, - сказала, снова залившись слезами.
    Кажется, только теперь послушник понял, в какое сомнительное мероприятие ввязался. Но отступать было поздно. Юношеский максимализм подсказывал ему, что этого он сам себе никогда не простит. Начинающий экзорцист немного потоптался на пороге, после чего взял себя в руки и осторожно открыл дверь.
    - Наконец-то! - загремел из комнаты зычный потусторонний бас. - Веселье начинается!
    Послушник сглотнул и, перекрестившись, робко вошел внутрь, держа распятье перед собой в вытянутой руке.
    На кровати в пижаме сидел паренек - его ровесник. Глаза цвета лопнувшей черешни, как и говорила его мать, и лицо, словно надетое на другое - грубое, с заметными рожками. Красные глаза уставились на вошедшего. Синие губы раскрылись, выпустив нитку слюны изо рта.
    - А где священник? - почти нормальным голосом произнес Джек.
    - На лекции отца Балтазара, - не задумываясь, икнув, ответил послушник.
    - А ты кто?
    - Послушник.
    - Ну, - тело Джека разлеглось на кровати, - и как, спрашивается, ты - неуч - меня изгонять будешь? Ты же еще ничего не умеешь делать!
    Справедливое, в общем-то, неверие беса в его силы почему-то подстегнуло послушника.
    - Это мы сейчас посмотрим, - сверкнул он глазами, насупившись, и открывая бревиарий.
    - Ну-ка, ну-ка! - бес сел по-турецки, подперев голову рукой. - Это даже интересно...
    Открыв нужную страницу, послушник зло глянул на него и, неожиданно пискляво, начал:
    - Ин номине Патрис...
    - Ух, ты! - восхитился нечистый. - Неужто по- латыни читаем? Ну, надо же!
    Послушник откашлялся и начал снова более уверено:
    - Ин номине Патрис...
    - Не верю! - запрыгал на кровати бес. - Не верю! Где чувства, где сила, где мастерство? Где, я спрашиваю?
    Юноше внезапно захотелось использовать книгу по- другому - дать по башке этому бесу, чтобы не выпендривался.
    - Может, заткнешься, а? - зло спросил он.
    - Ка-а-акие мы грозные! - издевательски протянул бес. - Ладно, давай, дальше читай. Какое ни есть, развлечение.
    - Ин номине Патрис...
    - Да дальше, говорю, читай, это я уже наизусть выучил!
    - Ах, так! - скрипнул зубами юный экзорцист. - Ну, сейчас ты у меня получишь! - И, откупорив бутыль со святой водой, от души брызнул на наглеца.
    - А-а-а-а! - заорал тот, отпрыгивая к изголовью кровати. - Ты что - с ума сошел?! Больно же! Жжется! Если на тебя кипящей смолой вот так, понравится тебе?! Ты пришел сюда книжку читать, вот и читай! Нечего водой брызгаться!
    - Не нра-а-авится? - пропел послушник. - А ты не хулигань.
    - Уф, - вытер бес пот со лба, - морока мне с тобой. Может, настоящего священника подождем, а?
    - А тебе очень хочется быть изгнанным? Так, что ли?
    - Ну, так, в общем-то... - сморщившись, признался бес, усаживаясь удобнее. - Беда у меня, понимаешь? - в красных глазах мелькнуло адское отчаянье. - Мы ведь в прятки с демонятами играли; ну, я в этом теле и спрятался. А выйти не могу никак. Не вижу пути, и хоть убей! Дома уже все с ума сходят, небось, а я здесь сижу...
    - Ты это серьезно?
    - Ну, конечно! Мне бы убраться отсюда побыстрее. Только как?
    - Ни-че-го себе! - по складам выговорил послушник. - Впервые слышу такое. Так значит, ты сам - неуч! - злорадно заключил он.
    Бес вскинулся и тут же, вздохнув, поник.
    - Какой есть, - буркнул он. - Ты лучше скажи, раз такой умный, что мне делать теперь?
    - Не знаю, - честно признался юноша. - Давай так попробуем: я читать буду, а ты прекрати ерничать, попытайся сосредоточиться и найти этот свой... путь, что ли.
    - Давай попробуем, - вздохнул застрявший в чужом теле бес, - только ты водой больше не брызгайся.
    - Ладно, не буду, - пообещал послушник и снова раскрыл книгу. - Ин номине Патрис...
    Он торжественно читал древнюю молитву, изредка поглядывая на Джека. Тот тихо сидел с закрытыми глазами, слегка раскачиваясь. Внезапно из его лица стали уходить чуждые черты... но ненадолго, все вернулось на место. Бес открыл глаза.
    - Вот это номер, - растеряно произнес он. - Понимаешь, чтобы вселиться сюда, мне пришлось душу этого парня в своем теле запереть. А ей там, кажется, понравилось. Отказывается возвращаться...
    - Как это? - опешил послушник.
    - Да я откуда знаю?! - бес спрыгнул на пол и принялся ходить туда- сюда, раздумывая. - Возможно, парень этот, сам - тот еще дьяволенок: родителям грубит, кошек бродячих обижает. Курит, к тому же, - все тело табаком провоняло. Такому у нас понравится! Это уж точно, к оракулу не ходи... Что делать? Что делать?
    Юноша задумался.
    - Так ты видел его? - спросил он.
    - Чувствовал, скорее. Но очень явно.
    - Ну что ж, - усмехнулся послушник, - давай теперь его из твоего тела изгонять будем.
    - Как это? - остановил бес ходьбу.
    - Да черт его знает... ой! - юноша прикрыл свой предательский рот. - Будем вместе молитву читать, а ты как-нибудь до него доноси. Мысленно. Что нам еще делать остается?..
    ...Солнце совсем скрылось, чтоб не видеть такого безобразия. В маленькой комнате двое подростков, сидя рядышком на краю кровати, монотонно бубнили «Ин номине Патрис...», переплетая голоса. Бубнили долго, потеряв счет времени. Бес басом повторял слова, закрыв глаза и сосредоточившись на чем-то невидимом. В какой-то неуловимый момент его тело дернулось и упало на кровать. Испугавшись, послушник стал бить Джека по щекам.
    Тот открыл глаза. Обычные человеческие глаза...
    - Вот это сон! - мечтательно произнесли ставшие красными губы. И тут Джек увидел человека в рясе. - Ты кто? Что ты здесь делаешь? - завопил он.
    - Да я так... мимо шел, - устало произнес послушник, - заглянуть решил, - и, собрав свои вещи, направился к двери.
    Взявшись за дверную ручку, он остановился, не оборачиваясь, глухо сказал:
    - Ты это... курить бросай... и того... кошек больше не обижай, - и вышел прочь...
    © 7 korov
    РЕАЛЬНОСТЬ - ЭТО ГАЛЛЮЦИНАЦИЯ, ПОРОЖДЁННАЯ НЕДОСТАТКОМ АЛКОГОЛЯ В КРОВИ.

    Не говорите мне что делать, и я не скажу вам куда идти.

  2. #2
    Супер-модератор Аватар для serg.2
    Регистрация
    19.02.2008
    Адрес
    МО Одинцово
    Сообщений
    3,439
    Вес репутации
    17

    По умолчанию

    Дом на пустыре.

    Из цикла рассказов, предшествующих повести Трое из Малых Кикимор (где среди киберпанковско-утопической обстановки трое товарищей ловят призраков по старинным и не очень замкам). Но даже если вы не знакомы с Троицей из малых Кикимор, восприятие рассказа не вызовет у вас проблем. Молодая девушка охотилась за привидением... и очень удивилась, когда догнала. Но... Ни зачарованных девственниц; ни окровавленных трупов; ни древних письмён; ни надписей на стенах... Не ищите здесь этого, ладно?

    Вызов у меня был первый. Первый самостоятельный и первый вообще. А теоретическая подготовка длилась два дня. Не очень всё это вдохновляло.
    Борис, босс мой, экипировал меня лично, засунув мне в рюкзак с эмблемой конторы: пластиковый круглый термометр со стрелкой (стеклянные иногда лопаются при приближении призраков), несколько камер (для получения достоверной информация в случае, если сотрудник, я, то есть, умрёт от разрыва сердца при виде призрака), точный план помещения (предоставлен, ясен пень, клиентом, и лично Борисом размечен на предмет расстановки оборудования), блокнот с карандашом (снять подробные показания со свидетелей явления: хозяина дома и горничной), и… моток чёрной тонкой нити с клеем:
    — Возле каждой двери наклеишь, у пола, так, чтобы никто не знал, сразу после ухода привидения проверишь на целостность.
    Я промолчала, хотя глубоко сомневалась в способности привидений рвать нитки призрачными лодыжками.

    Дом был частный, довольно большой и с виду ветхий, с почерневшими камнями и стенами, увитыми плющом. Подобная имитация старины стоит недёшево. Я здесь десять лет назад в прятки играла, и не было здесь тогда никакого дома. Так что на старину хорошо кто-то потратился.

    Однако возле приоткрытых кованых ворот охраны не было. В зябкой тишине октябрьского вечера я прохрустела гравием до узкого, неприветливого крылечка.
    Дверь открыл сам хозяин дома, которого Борис при описании проблемы назвал «дедушкой».
    Дедушка был двух метров ростом и не менее метра в плечах, с тростью, легко способной заменить хорошую дубинку, в правой руке. Этим колоритность дедулиной внешности не ограничивалась: лицо его было иссечено как морщинами, так и парочкой шрамов, из-под кустистых чёрных бровей холодно и жёстко светились серые, ясные глаза, а седые волосы и сизые вислые усы были на удивление густы. Одет он был в пижамные штаны, шлёпанцы, водолазку, роскошный малиновый халат с «боярскими» рукавами и турецкую феску.
    — Здрасьте, — пискнула я.
    Дедушка хмуро оглядел моё тщедушное тельце, потом без лишних церемоний перегнулся через меня и исследовал эмблему на моём рюкзаке.
    — Вот оно что, — гулко проворчал он. — Вы, гражданочка, специалист будете?
    Тон у него был ужасно недружелюбный.
    — Да, Тадеуш Матвеевич, — смиренно согласилась я, сама остро ощущая полную здесь неуместность. — Из «Гост Хантеров» я.
    — Папу моего, благодарение Богу, Матиушом звали, а не Матвеем, — сердито сказал дедуля. — Прошу войти.
    «Интересно, у пана нет привычки избивать русских девушек ногами?» — панически пискнуло у меня в голове. Я невольно взглянула на ноги хозяина, проходя у него под мышкой в крохотную прихожую. Копыта были что надо, сорок пятого разношенного. Шлёпанцы были надеты прямо на сапоги кавалерийского вида.
    Тщательно заперев дверь, пан соизволил включить свет.
    — Вы не раздевайтесь, не раздевайтесь, — рявкнул он. — Холодно у нас, с отоплением проблемы.
    Из наших ртов и впрямь вываливались клубы пара.
    — Вон, тапочки повяжите поверх ботинок, — подсказал дедуля. Пока я послушно обувалась, он нетерпеливо постукивал ладонью левой руки по набалдашнику трости. Звук получался зловещий.
    — Пройдёмте в залу, — приказал Тадеуш Матиу… Мати… Матюшович, что ли? Я пугливо потрусила за ним, мимо узкой лестницы наверх, по захламленному коридору. Пан Тадеуш сильно прихрамывал на правую ногу, но умудрялся держать при том строевой шаг.
    Зала была так неправдоподобно велика по сравнению с прихожей и коридорчиком, что мне захотелось ударить себя по щеке, чтобы справиться с нахлынувшей волной агарофобии. Вместо этого я как можно более деловым тоном спросила:
    — А откуда оно здесь обычно появлялось?
    Пан Тадеуш взглянул на меня так сурово, что я невольно отшатнулась, решив, что за неуместность вопроса сейчас огребу тростью. Дедуля тем временем действительно поднял палочку и решительно ткнул в дальний конец:
    — Оттуда!
    Я скептически оглядела предполагаемую точку выхода: всю дальнюю половину зала.
    — Ага, — сказала я. — Хорошо, ладно. Вы идите, я аппаратуру расставлю.
    Надо было, конечно, опросить ещё и свидетельницу, но сцена, долженствующая последовать за просьбой её вызвать, почему-то рисовалась мне в кровавых тонах. В жизни не встречала человека, вызывавшего такую дрожь.
    Пан Тадеуш строго посмотрел на меня и сказал:
    — Я пришлю горничную, она его два раза видела.
    Весь его тон говорил, что он думает о подобных мне специалистах.

    Пока строгий дедушка ходил за свидетельницей, я лазила по верхам и, сверяясь с планом, развешивала видеокамеры.
    — Ты что здесь делаешь? — строго спросил меня откуда-то снизу молодой мужской голос. — Спать пора!
    — Простите? — глупо переспросила я, оборачиваясь.
    — А… э… — сказал стоящий внизу черноволосый юноша славянского типа. — Это ты прости, я тебя с сестрой двоюродной спутал. Вопрос, впрочем, остаётся открытым: ты что здесь, ребёнок, делаешь?
    Я спустилась с карниза по декоративной полуколонне (адский труд, прошу заметить), оправилась и со злостью сказала:
    — Я здесь, дяденька, работаю. Привидение ловлю.
    И для наглядности указала на эмблему на курточке. Этого можно было и не делать: взгляд юноши и так уже блуждал по поверхности моей груди.
    — Привидение — это хорошо. Это, девушка, хорошо, — наконец мурлыкнул он. — Только как же Вы его поймаете, если его, простите, пани, нет?
    — Как это его, простите, пан, нет, если свидетели говорят, что есть?
    — А свидетель только один. Горничная. Вы, простите, пани, не знаете, что это за женщина. Она то и дело пьяная ходит, да ещё и мистику всякую читает. Вот и мерещатся ей всякие привидения. Я вот тоже сюда порой спускался ночью, в гостиную — то и дело здесь свои книги забываю, а ночью иногда бессоница мучает, вот и читаешь. И ни разу я здесь, простите, пани, не видал привидения — ни разу!
    Тон брюнета был до отвращения самодовольным.
    — Я даже, простите, пани, сам с Вами готов ночью посидеть, потому как скучно Вам тут будет ждать его!
    — Нет уж, простите, пан, спасибо, мы уж тут как-нибудь сами справимся, — отрезала я.
    Со стороны двери в прихожую загромыхали шаги пана Тадеуша. Дверь скрипнула, и шаги стали отчётливей. Я взглянула в ту сторону: зрелище марширующего дедули того стоило. Он шёл на меня, словно в атаку. Глаза его решительно сверкали, и губы сжаты были в линию. Из ноздрей вырывался пар.
    Вслед за дедулей робкой трусцой бежала женщина лет сорока, русская, с крашеными в каштановый цвет волосами и интересным, но глуповатым лицом. Одета она была словно горничные в фильмах про Шерлока Холмса.
    «Строгие здесь, однако, нравы,» подумала я, разворачиваясь для достойного принятия боя.
    Дедуля, однако, прошагал мимо меня, встал перед юношей и что-то гневно ему рявкнул не по-русски, но довольно понятно, что-то вроде:
    — Ты здесь что забыл? Ты знаешь, сколько времени? Ты почему не спишь?
    Брюнетик всё тем же ленивым и самодовольным голосом сообщил, что пошёл искать какую-то Настюшку, которая смылась из своей комнаты в неизвестном направлении.
    Пан Тадеуш сказал, что Настюшка ушла из комнаты горничной пять минут назад и, наверное, второй сон уже видит, чего он, господин Ковач, желает также и юноше.
    Брюнетик пожал плечами, пожелал в никуда по-русски спокойной ночи и ушёл, надо думать, последовать рекомендациям дедули.
    «Да здесь, оказывается, полно народу,» подивилась я.

    — Да, — кивнула горничная и покраснела. — Знаете, про вампиров люблю.
    — Ага, — сказала я. — А про привидений?
    — Нет, — горничная покраснела ещё больше. — Только про вампиров. Вы что думаете, что я?..
    — Я должна отрабатывать и эту версию тоже, — отрезала я и кивнула на зрачок видеокамеры. — Все мои действия снимаются и контролируются, всё должно строго соответствовать инструкции. Как он выглядел и откуда появлялся?
    — Не знаю, откуда. Когда я заходила, он уже бродил по зале. Он такой… словно гнилой весь, в каких-то страшных тряпках, со свечой в руке.
    — С пола стеариновые капли с утра не приходилось отскребать? — вскинулась я.
    — Нет, капель не было.
    Это ничего не значит. Может быть, «призрак» держал свечу так, что стеарин стекал на руку.
    Во всяком случае, я очень надеюсь, что призрак действительно ненастоящий — мне почему-то кажется, настоящий не стал бы свечой пользоваться. И наконец-то я поняла, зачем надо наклеивать нитки в дверном проёме…

    Холод был собачьим. Холод был доисторическим. Этот холод пришёл из самых глубин Ледникового Периода, чтобы покарать меня за самонадеянность. Скрючившись, я синими пальцами перелистывала страницы забытой в очередной раз брюнетиком книги, рассматривая в неверном свете, идущем от огня в камине, польские письмена. «Так это польский? А я думал, это транслитом…» — как сказал один веб-сёрфер. Книга была классическим изданием Хмелевской, открывала мужчинам секреты женской сущности.
    В отличие от света, теплом камин делиться ну никак не желал.
    Я бросила жалобный взгляд на термометр… Плюс два градуса. А мне казалось, что все минус сорок…
    Уткнувшись в книгу, я вновь принялась умиляться братской схожести языков двух враждующих народов. Не то чтобы я враждовала с поляками, зато мне доподлинно было известно, что вот как раз многие поляки со мной враждуют.
    На серые в полумраке страницы легли светлые блики, и меня обдало странным, удушливым запахом. Пахло плесенью, землёй, подтухающим мясом…
    Обмирая, я подняла голову.
    На меня с каким-то нездоровым, как мне почудилось, гастрономическим интересом уставилось нечто.
    На привидение оно, по моим понятиям, походило меньше всего. Скорей на упыря. Сквозь прогнивший, оборванный саван проглядывала одежда весьма старинного вида. Но поскольку и она изрядно подотлела, из под неё выглядывало прелого вида бельё и ещё более несвежего вида тело. Кожа на туловище, голове и руках также свисала лохмотьями, предоставляя мне замечательную возможность полюбоваться анатомическим строением субъекта.
    Вдоволь наглядевшись на мою испуганную физиономию, призрак дома Ковачей равнодушно отвернулся и пошаркал гнилыми ботинками дальше, попутно заглядывая во всё, что открывается, и так и оставляя крышки и дверцы открытыми. На какое-то время он скрылся за большим старым шкафом возле одного из окон… и так и не показался снова…

    Я скрючилась ещё сильнее и всю ночь провела, вздрагивая от малейшего шума.

    Наутро я была случайно обнаружена горничной, накрывавшей завтрак на длинном овальном столе посреди залы. Кинув взгляд на стол, я насчитала пять приборов.
    — Идите умойтесь, — сказала женщина. — Вы приглашены к завтраку… Пан Тадеуш очень строг.
    Дедуля со странностями, это я поняла. Уточнив местонахождение ближайшей ванной, и, главное, туалета, я по-солдатски быстро привела себя в порядок и подошла ко столу практически одновременно со вчерашним брюнетиком, ещё молодой, но очень усталой с виду женщиной и девочкой лет четырнадцати, одного со мной роста и похожей причёской.

    Не буду описывать завтрак — он был сущей пыткой. Достаточно упомянуть, что, влезши в автобус, я набрала номер одного психолога и жалобно сказала в трубку:
    — Кшиштоф, пожалей меня, я провела половину суток, общаясь с поляками!
    — Езус-Мария, — выдохнула трубка. — Ляля, прямо сейчас передо мной лежит поляк, ещё в приёмной у меня сидит куча поляков, потом я пойду домой и сяду ужинать ещё с тремя поляками, а потом лягу спать и буду смотреть сны на польском языке…
    Трубка помолчала, а потом коротко, отрывисто загудела.
    Как всегда, известие о том, что кому-то ещё хуже, меня приободрило.

    — Не порваны?.. Ладно, а что насчёт температуры?
    — Упала градуса на три перед его приходом и потом на столько же поднялась.
    — Так… ладно, посмотрим, что камеры показывали. Какая следила за областью со шкафом?
    Я сверилась с планом:
    — Номер пять.
    Однако номер пятая нам ничего не сказала — словно магнитом над ней водили.
    Через несколько минут мы точно знали, что ни одна другая камера также ничего не зафиксировала: все были размагничены.
    — Однако, — сказал Борис, почёсывая затылок. — А что там рядом со шкафом?
    — Полуколонна, окно, потом опять полуколонна, потом…
    — Ключевое слово, дорогая моя — окно! — поднял палец босс. — Завтра ночью, как ни в чём не бывало, продолжаешь наблюдения и ставишь камеры по тем же местам. А я ставлю камеры напротив окон. Так что осталось предупредить Тадеуша Матвеевича, — бодро сказал он, придвигая телефон.
    — Матюшовича, — проворчала я. При мысли о повторении вылазки в стан врагов меня мороз продрал по коже…

    …На этот раз часть камер всё же показала записанное. Та часть, что была установлена снаружи.
    На одной из них довольно отчётливо было видно, как к окну подкрадывается давешний брюнет, правнук пана Тадеуша, Янек. Осторожно переодевается в кустах в страшного вида костюм. Уже влезши в окно, Янек зажигает свечу и мерными шагами идёт меня пугать…
    — Мне достаточно, — поднял руку пан Ковач. — Этого мне достаточно.
    — Но мы же ещё не показали, как Настюшка… — начала я.
    — Целуется с русским мальчиком? — равнодушно осведомился дедушка. — Я знаю. Нет, меня больше заинтересовал Янек. Вот значит, кто меня в ту ночь…
    Пан Тадеуш замолчал, крепко задумавшись и опершись подбородком о сложенные на набалдашник трости руки… посидел… и растаял, будто и не было его.
    Через несколько секунд термометр на столе показал повышение температуры воздуха на семнадцать градусов, и мы с Борисом наконец-то согрелись.

    Ходила я потом на этот пустырь. Так он пустырём и остался — нет там ни дома, ни старого сада… Ничего там нет, кроме ям и травы. Что сталось с полукровкой-Настюшкой, с её мамой и с Янеком? С горничной Верой? Что произошло между ними и старым Ковачем?.. Так я и не узнала никогда…

    (с) Лилит Мазикина
    РЕАЛЬНОСТЬ - ЭТО ГАЛЛЮЦИНАЦИЯ, ПОРОЖДЁННАЯ НЕДОСТАТКОМ АЛКОГОЛЯ В КРОВИ.

    Не говорите мне что делать, и я не скажу вам куда идти.

  3. #3
    Супер-модератор Аватар для serg.2
    Регистрация
    19.02.2008
    Адрес
    МО Одинцово
    Сообщений
    3,439
    Вес репутации
    17

    По умолчанию

    Сказки нашего универа
    Ксерокс на списание


    -1-


    Каморка.
    Первое слово, пришедшее мне в голову. Каморка папы Карло.

    Сколько раз читала книжку, да и фильмы-спектакли всякие видела, но никогда особо не задумывалась, как именно выглядел этот роддом для буратин. И сам смысл слова "каморка", интуитивно понимаемый, никогда дотошно не анализировался.
    Собственно, что я могу сказать про каморки, не лазя в Даля?

    Каморка - маленькая темная комнатка.
    С низким потолком. Непременно с кривым потолком, наклонным. Видимо где-то под скатом крыши эта самая каморка находится, или вот тут, под лестницей.
    Каморка похожа на норку. И на камеру. На подземную тюремную камеру. Значит, если окошко, то крохотное, под самым потолком, зарешеченное. Или совсем без окон.

    Каморка не может быть оклеена обоями, только штукатурка, растрескавшаяся и наполовину обвалившаяся. Или голый бетон. Был во времена папы Карло бетон? Вряд ли. Ну, пусть камень.
    Пол в каморке должен быть дощатый, некрашеный. Хотя драный линолеум вполне вписывается в картину.

    Что еще? Ка-мор-ка. Мор. Да, в каморке живут плохо и недолго, болеют и умирают. От сырости, наверно. От непроветриваемости и затхлости.

    - А? Нет, я все слышу, нет, не задумалась. Да, поняла, в восемь начало, бумага в коробках под лестницей, кассовый аппарат убирать в сейф, уходя, ключ сдавать на вахту, кнопка сигнализации красная. Видите, я очень внимательно.

    Каморка моя расположена в углу университетского вестибюля.
    Вестибюль большой, неуютный и холодный. Парадная лестница по центру. По бокам вешалки.
    Напротив лестницы главный вход, три пары дверей.
    Древних дубовых двустворчатых дверей. Долбаных дверей. Дико тяжелых. Я хулиганю, конечно, прыгая по букве д, но двери реально, вернее - нереально тяжелые. Может быть, пуленепробиваемые, со свинцовыми листами внутри? Не удивлюсь.
    Каждый раз, входя, я вспоминаю уроки физкультуры, на которых я филонила и не отжималась. Напрасно, напрасно. И каждый раз долбаная дверюга пытается не дать мне проскочить, просочиться внутрь. Пытается догнать и прихлопнуть.
    Ночью они, наверно, хвастаются друг другу деревянными злыми голосами: "Я сегодня две руки прищемила и семнадцать синяков поставила" - "А я зажала один портфель, смяла семь папок с бумагами и троим человечишкам врезала по спине!"

    - Что? Да. Да, хорошо, расписываться в журнале, чистые листы не продавать, еду не приносить, посторонних не впускать. Так точно. Будет исполнено. Нет, не прикалываюсь, как вы могли подумать?

    Снаружи уже выстроилась и уже нервничает очередь.
    Переминаются, поглядывают сердито, пора, мол. Вы, мол, обслуживающий персонал, вот и обслуживайте. Шнелль, шнелль!
    Моя начальница закончила инструктаж, с сомнением оглядела меня, очередников, снова меня, фыркнула и ушла.
    Начался первый рабочий день. Мой.

    В принципе, всё очень просто: страничку кладем мордой вниз, ногами к стенке. Крышку закрываем; пальцем - число экземпляров и пуск. Всех дел. Посчитать, перемножить, чек выдать, вот сдача, следующий!
    Озвереть можно.

    -2-


    Как раньше студенты обходились без ксерокса? Не постигаю.

    Спросила однажды у родителей, они заблестели глазами, начали наперебой про какие-то "синьки", сборочные чертежи и генеральные планы.
    Так и не поняла, что за синьки у них были. Мне представился морг из американского фильма, ну такой, где покойники лежат в выдвижных ящиках. Выкатываешь ящик, а там "синька", лысая, с обледенелыми губами и белесой кожей, сплошь покрытой татуировками синих схем.
    Толком выяснить ничего не удалось, родаки углубились в романтику юности, всё твердили "отэрить, отэрить" - не поймешь, то ли "тырить", то ли "тереть". А потом и вовсе понеслось "А помнишь, Милка Крамаренко на третьем курсе..." - "А помнишь..."

    Одним словом, ксерокса у них не было, но они выжили, встретились и даже меня родили. Стойкое поколение.

    Современный студент без ксерокса способен родить только ругательную фразу.
    Ксерят все и всё.
    Учебники, методички, документы, чертежи, чужие лекции и чужие расчеты (последние особенно часто). Около моего закутка всегда роится толпа с бумажками.
    - Мне страницу три, десять и двадцать два, в восьми экземплярах. Ой, нет, то есть страницы восемь, десять и двадцать два, в трех экземплярах. Ой, то есть...

    Время тянется как вчерашняя жвачка, потерявшая вкус и запах.
    Но в шесть вечера, с боем часов, я из подлестничной мыши превращусь в человека. Из тыквы... хотя у меня же другая сказка. С папой Карло. Да.
    В таком случае, весь день я - прикованный к ксероксу Пьеро, бледный от недостатка солнечного света. А начиная с шести - Мальвина. В шесть я устремлюсь наверх, к знаниям, и волосы мои заголубеют под люминесцентными лампами... Короче, я студентка, вечерней формы образования.

    Это такая довольно бесформенная форма.
    На нее оформляют (фр-фр-фр!) тех, чьи родители не олигархи, а, например, инженеры на заводе. Кому не встретился богатенький Буратино и не открыл все двери мира золотым ключиком. И кто (что уж скрывать) не особо парился в школе, довольствовался тройко-четверками, и бегом гулять.
    Да, дура. Да, сама виновата, знаю.
    Если две сессии закрыть на отлично - можно перевестись на дневное.

    - Светик-семицветик, закрывай лавочку, пора чай пить. Всё, господа студенты, перерыв, перерыв, обед. Нет, ни каких "две странички", она тоже человек. Цигель-цигель, давайте, рассредоточивайтесь, полное ай-люлю с двенадцати до часу.

    Это пришел мой спаситель, Анатолий Ефремович. Он обитает в такой же конуре под ступеньками, только с другой стороны вестибюля, заведует ключами и сигнализацией.
    Классный дед, что б я без него делала. Сухой, высокий. Прямой. Кудри седые, брови тоже седые, глаза хитрые. Он похож на трость, на дорогую, резную трость из дерева ценной породы. Болтаю, а ведь понятия не имею, какие породы ценные, а какие нет. Мне кажется, ему подошел бы кедр. Ливанский.

    Пока мы пьем чай, Ефремыч просматривает мою расчетку по теоретической механике:
    - Свет мой, ну ты даешь! А знак? Знак?! Я ж тебе объяснял, против часовой стрелки - плюс, по часовой - минус. Ну есть же разница! Идет направо - песнь заводит. А налево - сказку говорит.
    - Конечно, понятное дело, налево - сказку. Все мужики считают, что если налево - то в сказку.
    - Ты мне, детка, зубы не заговаривай. Они у меня железные. Нержавеющие. Устойчивы к заговорам. Ну-ка, быстро, продолжи: векторное произведение - это...?

    Убедившись, что я помню про векторное произведение, Ефремыч доливает мне в кружку кипятка и переключается на книжки. Я притащила ему многотомник Фрая, и он увлеченно обсуждает способности сэра Макса.
    - Хотел бы я тоже плеваться ядом, да. Чтоб плюнуть, и - раз! - насмерть. Вот, например, в того, кто этот ксерокс ремонтировал, я бы точно плюнул.

    Сломанный ксерокс, приговоренный к списанию, стоит в углу.
    Я тут целыми днями кручусь и даже не задумываюсь, как эти штуки устроены. Включаю в сеть, нажимаю кнопки. Работает - и славно, перестанет работать - позвоню в сервисный центр. А дед уже неделю колупается во внутренностях у обреченного аппарата, и не удивлюсь, если починит.

    -3-


    Все страницы, кроме последней и справку, обе стороны.
    Говорила мне мама: не пей из копытца, козленочком станешь...
    С первой по двенадцатую в трех экземплярах.
    Загадочная история, кстати. У сказок разных народов схожие сюжеты, но подобного не припоминаю. Выпил из следа, стал козленком. Мало того, потом - еще и подводным козленком. Живучий попался братец Иванушка. А главное: почему такое свойство у воды из отпечатка ноги? Откуда у сестрицы Аленушки была изначальная инфа об опасности следов? Не объяснено.
    Лабораторную работу номер три - шестнадцать копий.
    Говорила мне мама...
    Мама говорила: учись, Света, учись, а то будешь работать на конвейере. Она считает конвейер самым страшным изобретением человечества. Хуже атомной бомбы. Потому что отупляет, уничтожает личность.
    Аттестат два раза, паспорт - первую страницу и ту, где прописка.
    Говорила мне мама...

    -4-


    Некоторые люди очень раздражают. Не люблю, когда без очереди лезут. Когда нагло и высокомерно, не люблю. Если ты начальство и у тебя на двери табличка с золотыми буквами - всё, не человек, бог.
    Вот пришел один такой, Цекалин Карл Борисович. Пузо арбузом, лицо заранее недовольное. Не зря ему на табличке вместо "Ц" букву "Ф" приклеивают, каждую неделю. Уборщица едва успевает отскребать.

    - С вас три рубля пятьдесят копеек.
    - Да как ты смеешь! Дрянь, наглая маленькая дрянь! Да я тебя уничтожу, я тебя в порошок сотру! Уволю, сгною, убью, придушу! Гадина!

    Я стою, оцепенев, а свихнувшийся Цекалин орет, визжит и топает ногами. Документы я ему испортить или испачкать не могла. Не понимаю.

    -Что случилось, Карл Борисович? В чем проблема? - слава богу, павианские вопли услышал Ефремыч. Подошел, вынул из рук трясущегося и подпрыгивающего Цекалина стопку листочков, - Это случайность, сейчас все исправим, она не нарочно, идите к себе, - голос его спокоен и доброжелателен, - К себе, к себе, к себе. Через пять минут я ваши бумаги принесу, успокойтесь, успокойтесь, это случайность.
    И остальным:
    - Господа! У нас технический перерыв, прошу всех разойтись.

    За закрытой дверью мы рассматриваем Цекалинские документы.
    ИНН и две копии, выписка из трудовой и две копии, диплом и... ой.
    В копии диплома вместо "Доктор химических наук" красивым каллиграфическим почерком вписано "Дурак и взяточник".
    Я начинаю хохотать и не могу остановиться.

    -5-


    - Дядь Толь, ну пожалуйста... Ну дядь Толь, ну миленький... Ну пожаааа-алста! Всего один разик!
    - Нет, Светлана, я же сказал - нет.

    Хулиганящий ксерокс официально списали, и Ефремыч под шумок перетащил его в свой угол.

    - Ну дядь Толь! Мне Юрик Шилов встречаться предлагает, я же должна знать...
    - Тебе он нравится?
    - Кто?
    - Ну не ксерокс же. Этот твой Юрик. Нравится? Отвечай быстро.
    - Ну, допустим, нравится.
    - Если "допустим" - то нечего и встречаться.
    - Ну не допустим. Нравится. Очень нравится, черт возьми, что за допрос, дядь Толь?
    - А если очень нравится - к чему проверки?
    - Хочется же знать точно... Страшно же ошибиться...
    - Жить вообще страшно, девочка. Себя слушай. Себя. А не глупый аппарат.
    - Бу-у. Вредина ты, дядь Толь. Вот не приглашу на свадьбу...

    Ефремыч шевелит седой бровью. Не верит. Знает, что приглашу.
    А я знаю, что после этого разговора он позвонит в отдел кадров и попросит папку аспиранта Шилова. На всякий случай.
    А еще я знаю, что в ксерокопии его пропуска значится: "Смоленцев Анатолий Ефремович. Хранитель".
    (с) Викторова Г.
    РЕАЛЬНОСТЬ - ЭТО ГАЛЛЮЦИНАЦИЯ, ПОРОЖДЁННАЯ НЕДОСТАТКОМ АЛКОГОЛЯ В КРОВИ.

    Не говорите мне что делать, и я не скажу вам куда идти.

  4. #4
    Супер-модератор Аватар для serg.2
    Регистрация
    19.02.2008
    Адрес
    МО Одинцово
    Сообщений
    3,439
    Вес репутации
    17

    По умолчанию

    Приглашение.

    Случаются иногда такие дни, когда лучше бы было и не просыпаться. Так и лежала бы себе, укутавшись с головой в одеяло, пока твой разум путешествует по далёким сказочным мирам, и делала вид, что в этом и состоял высший замысел Творца. Тысячи лет развития цивилизации были нужны ему лишь для того, чтобы насладиться твоими волшебными снами. А все попытки шумных, неуклюжих и надоедливых существ, именуемых родителями, разбудить тебя - ни что иное, как нарушение божественного предопределения. И остаётся лишь сонно удивляться долготерпению Всевышнего, до сих пор не прекратившего этот беспредел несильным, но убедительным и по возможности беззвучным ударом молнии. Тебя-то их бестолковая суета давно уже достала.

    Так нет же! Выясняется, что и Творец тебя тоже предал. Поразвлекался положенные восемь часов и свалил куда-то по своим делам. А ты обречена возвращаться в эту дурацкую объективную реальность, заранее зная, что ничего хорошего или даже просто забавного тебя здесь не ожидает. А до следующего сеанса связи с параллельными мирами ещё целая вечность -часов четырнадцать, если не шестнадцать. И как ты собираешься выкручиваться из положения - ни одну из высших сил ни капли не волнует. Ну и ладно! Вот присню себе завтра какую-нибудь тягомотину - будете знать.

    Стоп! В доме стало подозрительно тихо и кофейно-ароматно. - Перерыв на завтрак. Значит, нужно быстренько нащупать в темноте тапочки и халат и совершить героический марш-бросок в ванную. Только бы не встретиться в коридоре с превосходящими силами противника. (Блин, вот что значит папочка-военный!) Сразу же начнутся заботливые вопросы: "Как ты себя чувствуешь, доченька?" Придётся выслушать подробный инструктаж - когда и какие лекарства принимать, сколько свитеров на себя нацепить, и на каком расстоянии от окна находиться. А мать ещё обязтельно дотронется тебе до лба и сокрушённо покачает головой, как будто и в самом деле чувствует температуру лучше, чем градусник. По сравнению с этой экзекуцией, повторяющейся каждое утро уже целую неделю, сама болезнь кажется всего лишь маленькой дополнительной неприятностью.

    Слава Аллаху, или кто там у них сегодня дежурный, на этот раз удалось проскочить. Теперь можно включить воду на полную и сидеть в ванной хоть полчаса, игнорируя все попытки вступить в контакт. Не слышу, и всё тут! Здесь у меня изначальное преимущество - рано или поздно предки вынуждены будут капитулировать. Они у меня - ребята дрессированные, и никакие природные катаклизмы не могут помешать им прибыть на службу в точно установленное время. Даже я. А уж мелко исписанный мамочкиными наставлениями двойной лист из общей тетради, подсунутый под чайник на кухне, я как-нибудь переживу. Честно сказать - попросту не замечу. Всё! Хлопок закрываемой двери. Две минуты ожидания на случай применения врагом тактической хитрости, и можно разбаррикадироваться. Хоть и маленькая, но всё-таки победа! Первая за неделю.

    Нет, это ж надо было умудриться заболеть в первый день каникул! Что за дурацкая привычка! Ладно - в школе,когда в этом ещё были какие-то положительные моменты - сладкий сироп от кашля, мандарины, мультики. А что прикажжете делать целыми днями в пустой квартире теперь? Книги? Огромное вам мерси! После экзаменов не то что вид, запах бумаги вызывает тошноту. Телевизор? Ещё то развлечение! Но, можно подумать, у меня есть выбор. Придётся вспомнить детство золотое, перевести тумблер IQ в крайнее левое положение и попытаться получить удовольствие от просмотра мультсериалов. Вудди Вудпекер. Потом Спайдермен. Корткий перерыв на кофе с бутербродами. Чудеса на виражах. А что - не так уж и плохо! Даже сильно притворяться маленькой и глупой не пришлось. Обед. Поливка цветов - если забудешь, мамочка голову отрвёт, даже такую всю больную и несчастную. И по новой - Скуби-Ду, Гаргульи, Сильвестр и Твитти. Господи, до чего я докатилась! Ужасно жалела, когда это невинное удовольствие закончилось и начались серьёзные взрослые передачи. Шоу "Окна", например. Это уже точно без меня. На самого Нагиева ещё можно было бы посмотреть. Но его гости! Интересно, таких шизоидов специально по всей стране отлавливают, или выращивают в секретной лаборатории из генетически изменённых материалов? Нет уж, я лучше телевизор выключу, вдруг они заразные?

    Однако чем-то же нужно себя занять. Может, позвонить кому-нибудь? Бесполезно. Институтские подруги разъехались. Кто в Эмираты, кто в родной Череповец. Одноклассники? А вот про них попрошу при мне больше не вспоминать! Если только лет через десять, когда над всем этим можно будет просто посмеяться. И то - сомневаюсь. И всё, не будем больше об этом, OK ?

    Музыку хотя бы включу, всё интересней, чем с собственной тенью разговаривать. Так ведь действительно тронуться можно! Что там у нас? Земфира? - Ага, подойдёт. "Мне приснилось небо Лондона..." Знаете, мне недавно приснилось, будто мы всей группой плывём на теплоходе в Швецию. Хороший такой корабль, большой, чистенький. На "Титаник" похож. Ха-ха. Так вот, всё было очень мило, пока я не поняла, что мы приближаемся к порту назначения. На этом сон оборвался. Представить себе Швецию, даже во сне, я не смогла. Обидно, конечно, но объяснимо, если дальше Риги тебя ни разу в жизни не вывозили. Хотя, скажем, какое-нибудь Средиземье, Шир или Мордор я себе всегда легко представляла. Ещё до фильма.

    Так, следующая песня. - "Прости меня моя любовь". Это мы, пожалуй, пропустим. Дальше. -"Девочка, живущая в сети..." Блин, Зяма, хоть ты-то не издевайся! Долбаные хакеры со своим дурацким вирусом! Идиоты-журналисты, запугавшие лохообразных телезрителей до полусмерти! Сколько не объясняй папаше, что поражены только майкрософтовские серверы, а рядовому юзеру бояться нечего, он всё равно твердит, словно автоответчик: "Это очень дорогая вещь, доченька, и мы не можем так рисковать. Нужно дождаться, когда вирус обезвредят". Ему легко говорить, а если сеть для тебя - единственная связь с миром? Всё! Прости, папочка, но плевала я на твои запреты. Меня нет. Я сбежала в интернет.

    Ага, сконнектило быстро. Для начала заглянем в "Серебристые Гавани". Можете что угодно говорить про толкиенистов, но на мой взгляд там больше настоящей жизни, чем во всех ночных клубах культрной, криминальной и номинальной столиц, вместе взятых. Столько интересных людей ни на одной улице не встретишь. Опс! Navigation error. Повторить. - То же самое. Что за Motherboard-fucker! Попробуем зайти заново. - The page cannot be displayed. Вот тебе, бабушка, и свобода слова! Неужели действительно вирус? Да нет! Админ перестраховывается, должно быть. Тоже мне - бесстрашный король Арагорн назывется! Вы, батенька, дундук, а не дунадан. Ещё к себе в Калининград приглашал! На яхте, говорил, покатаемся. В штанах у тебя яхта, со сломанной мачтой! Ну, с этим героем всё понятно. А где же все остальные - Кирдан-Корабел, Лучиниэнь, Митрандир, Торин-Дубощит, Йовин? Не могли же они все сразу исчезнуть? Нужно проверить почту.

    М-да... Знаете, ребята, это уже, откровенно говоря, не смешно. Я, конечно, из-за экзаменов не всегда вовремя отвечала на ваши письма, но вы же должны понять... Или не должны? Что если никто из них ничего мне не должен, и я очередной раз всё сама себе придумала? Размечталась о настоящей жизни, да ещё и других убеждала. Боже, ну неужели и здесь всё точно так же, как и во всём остальном мире? Много красивых слов и обещаний, а когда раз в жизни понадобится даже не помощь, а просто сочувствие - ничего, тишина. Ни одного сообщения за неделю. А может, в "сомнительных" что-нибудь затесалось? Нет, СПАМ - он и есть СПАМ. Разве что вот это: "приглашаем принять участие в Дикой Охоте". Что-то смутно знакомое угадывается в этих словах.

    Кажется, месяца два или три назад один из виртуально-эльфоподобных знакомых дал мне ссылку на какую-то литературную тусовку, и я там побродила от нечего делать. Не скажу, что было очень интересно, но один рассказик запомнился. Странный такой. Чуть наивный, немного претенциозный, но завораживающий. И там, если я ничего не путаю, говорилось как раз о Дикой Охоте*. Это что-то вроде ежегодной тематической вечеринки для нечисти. И правильно - должны же и всякие там упыри-нетопыри как-то оттопыриваться. В общем, ничего себе рассказик. Потому и слова запомнились. И вот, надо же какое совпадение! А может, и не совпадение. Нужно проверить, всё равно больше заняться нечем, разве что повеситься. Но это обождёт. Ну-ка, ну-ка...

    Ого, какой слог! - "Тёмный Господин предлагает тебе вспомнить о своей истинной сущности и присоединиться сегодня ночью к Дикой Охоте". И внизу маленькая приписка: "Click here!" Что ж, красиво, ярко, но как-то глуповато. Очередные ролевые игры. Спасибо, наигралась! А если кликнуть, можно и в самом деле вирус подцепить. И тогда папочка такое устроит - лучше и не пытаться представить. Но настроение мне это смешное послание всё-таки слегка исправило. Даже першить в горле перестало. И вялость прошла. Появилось желание что-нибудь сделать. Полетать, например. Забавно! Температура, вроде бы, с утра была нормальная.

    Смотри-ка, ещё одно письмецо пришло. От того же отправителя. Вот ведь упорные ребята! Интересно, что они ещё хотели мне сказать? - "Ты ведь всегда чувствовала себя чужой в этом фальшивом мире! Ты же хотела, чтобы твоя жизнь была настоящей, полной событий и впечатлений! Так вернись же туда, где твоё место, где ты действительно нужна! Click here!"

    Что-то мне вдруг стало неловко сидеть в своём любимом кресле. И неожиданно пронзительно укололо в спину между лопаток. Да ещё и луна как-то слишком пристально уставилась на меня сквозь оконное стекло. Может, ей тоже интересно, что я намерена делать? А много ли, собственно, я теряю? Еще один, двести двадцать девятый облом я уж как-нибудь переживу. Зато если и в самом деле предлагают что-то необычное...

    Ещё одно письмо. Чувствуют они, что ли, что я всю эту чушь читаю? Только тон послания изменился: "Или тебе больше нравиться воевать с отцом за право включать компьютер по своему усмотрению?" Я еле сдержала звериный рык негодования. Да как они смеют так со мной разговаривать! Что ж, при встрече я дам им парочку уроков вежливости. И эти наглецы ещё пожалеют, что вообще родились на свет! Только бы выбраться из этого тесного, неуютного помещения. Click here!" Да нажимаю я, нажимаю! Думаете, легко управляться с компьютером когтистой тигриной лапой?

    (с) Грейс
    РЕАЛЬНОСТЬ - ЭТО ГАЛЛЮЦИНАЦИЯ, ПОРОЖДЁННАЯ НЕДОСТАТКОМ АЛКОГОЛЯ В КРОВИ.

    Не говорите мне что делать, и я не скажу вам куда идти.

  5. #5
    Супер-модератор Аватар для serg.2
    Регистрация
    19.02.2008
    Адрес
    МО Одинцово
    Сообщений
    3,439
    Вес репутации
    17

    По умолчанию

    Зеркало
    Квартиру Катя купила на все деньги, которые у нее были. Ей казалось, она даже вытряхивает мелочь из карманов. Собственно, ничего особенного, заурядная "москва", однокомнатная, девятый этаж. Но для Кати - апартаменты, Версаль, рай на земле, и что там еще.
    И как собирались эти деньги! Мать и отчим продали "Оку", о которой мать говорила: "Полтора часа позора и мы на даче". Сняли с книжки все, что имелось. Отчим не возражал, напротив - настаивал. Кате - двадцать пять, того и гляди - замуж, а то и просто, извините, в подоле принесет. А покой на старости лет нужнее всего.
    Все это попахивало банальным отделением - мол, это твое, теперь мы тебе ничего не должны, но новоиспеченная владелица квартиры не обижалась.
    Ей это жилье тоже дорого далось. Вспомнить хотя бы предвыборную компанию. Загородный дом очередного "народного избранника"… Прием в летней кухне, полы с подогревом, бутылка французского вина запредельного срока давности… Сама она чувствовала себя приблудной собакой, которую хозяин по слепоте перепутал с любимой моськой и пустил на огонек, но в любой момент может турнуть. Она сидела на краешке роскошного кресла, и с сапог, которые - играя в демократию - не дали снять, капало на этот проклятый элитный пол.
    И поданы на стол были бычьи яйца - суперблюдо, доставленное из ресторана… А в ней просыпалось что-то такое, что в семнадцатом году бушевало в ее прадедах, и ей больше всего хотелось кастрировать сладкоголосого хозяина. А потом - самое себя - когда она готовила статью для газеты.
    Такое "творческое изнасилование" длилось несколько месяцев, и потом Катя говорила себе, что хотя бы на балкон и санузел она накопила сама.
    Короче, можно было переселяться.
    Мать с облегчением отдала ей то, что давно мешало, из-за чего тесниться приходилось, а выкинуть было жалко. Диван, уцелевший от купленного тридцать лет назад гарнитура. Кресла примерно той же эпохи. Пианино, на котором Катю когда-то учили играть. Ее - еще школьный - письменный стол. Разбогатеешь, дочка, хлам выкинешь, обставишься по своему вкусу!
    …В первый же вечер после возвращения с работы Катю встретил у двери - кот. Огромный пушистый серый кот, по виду которого трудно было сказать - домашний он или приблудный. Вроде бы - тощий и не слишком чистый, но как уверенно он скользнул в открывшуюся дверь. Растерявшаяся Катя утешила себя мыслью, что это -к счастью.
    Позже она уверилась в мысли, что кот здесь - жил. Он оглядывался в ванной, видимо, искал свой ящик, в кухне обнюхивал пол в одном месте - наверное, его здесь кормили. Спать он, нимало не сомневаясь, улегся на телевизор, пушистый хвост свесился, а Катя уснула с мыслью, что на новом месте она не одна.
    Черт бы его побрал, это ощущенье! Если бы только кот! Но через несколько дней жизнь ее в этом доме приобрела мистический характер.
    Началось с чайника. Катя пришла с работы, а на электроплите закипает чайник. Что за шутки! Если бы она ушла, и оставила плиту включенной, вода бы давно выкипела. А здесь - чайник полнехонек.
    И такое загадочное, благоприятное для нее, повторялось - и множилось.
    Из окон - не дуло. Даже из большого, того, где ход на лоджию. Ничего она на зиму не заклеивала, на улице свистал ветер, а подойди к окну, приложи ладонь - и даже колебания воздуха не ощутишь.
    Светало теперь поздно, и пару раз Катя запросто могла проспать. Но в семь часов, когда пора ей было подниматься, на кухне вспыхивал свет.
    Казалось, что здесь, кроме нее и кота, живет еще кто-то невидимый. Обычно редакционной работы Кате было достаточно, чтобы устать, гости бывали у нее редко. Вечерами сил оставалось на теплую ванну и телевизор, который она часок смотрела перед сном. Но порою ощущалось одиночество, хотелось поговорить.
    Тогда она брала на руки кота, который благодаря ее стараниям, был теперь почти неприподъемным, и рассказывала ему - что случилось за день, кто ее обидел или похвалил, куда она ездила, о ком писала… Кот слушал, слушал дом.
    Мир начинал потихоньку готовиться к Новому году. Уже искрились гирлянды в киосках, зазывали магазины, маня подарками, в кафе заранее заказывали столики…
    Для Кати и ее подружек традиционным был новогодний вечер, когда редакция заказывала ресторан, и все они - человек сто - гуляли до двух ночи, и пели, и пили, и разыгрывали сувениры, и провожали друг друга домой, но все это - в преддверии праздника, накануне.
    31-го же, конкретно для Кати намечались три варианта. Ехать к матери и отчиму (не соберись она - там не огорчились бы нимало), напроситься к кому-то из знакомых ( а не чертыхнется ли про себя тот, кому она позвонит), и вариант третий - купить деликатес коту, деликатес себе, и, никому не мешая, тихо и скромно, под своей крышей…
    Пожалуй, это было единственно верное решение. Одно лишь разнообразие она себе позволила - гадание, на которое давно не решалась. Бабушка, когда была еще жива, говорила о нем: "Страшное. Прежде, когда так гадали, иконы из дома выносили, ведь - нечистого зовешь…"
    Икон у Кати не водилось, вот только кота прогнать не удалось. Когда она села перед зеркалом, и зажгла свечи, кот прыгнул, и тяжелым теплым телом своим свернулся у нее на коленях.
    Она сидела и молчала, смотрела не в зеркало даже, а просто перед собой, в никуда, думая, что только такой поверхностный взгляд может породить - образы.
    Потом она не могла бы сказать, когда увидела его… Кажется, согласно мистическим законам должен был ей привидеться - коридор и кто-то по нему идущий.
    Ничуть не бывало. Там, в отдалении от нее, в зеркальной глубине сидел парень. В белой рубашке, с темными волосами. Лица она не могла хорошо рассмотреть. Да, кажется, это и нельзя было, полагалось при приближении существа из преисподней, принявшего обличий человеческий, зеркало - разбить.
    -Да не подойду я, не бойся, -прозвучал голос.
    Это не сказал тот, "зеркальный". Это как бы звучало внутри ее головы, но отчетливо и совершенно вне ее сознания.
    -Ты кто? - спросила она, и тоже потом сообразить не могла, прошептала это или подумала.
    -Я здесь жил… не поняла что ли?, - откликнулся голос.
    -Ты что, уже умер? - спросила она, чуть ли не с ужасом. Общаться с живым покойником - этого еще не хватало. Да она поседеет через пять минут, если он скажет "да".
    -Ну , считай, что умер, - подумав, изрек голос.
    -То есть, как это -считай?
    -Ну, звезданули меня по головушке, и теперь ничегошеньки я не помню - ни кто я, ни откуда. И так, наверное - навсегда.
    -А где ты сейчас?, - продолжала она спрашивать шепотом.
    -В больнице. А по жизни меня, скорее всего, потеряли. Раз ты здесь живешь.
    -Кот твой?
    -Мой.
    -А все эти штучки, типа полтергейста? Чайник и все прочее? Ты?
    -Ну я. Все равно днем и ночью здесь шатаюсь. Трудно, что ли?
    -А тебя можно…найти?
    -Да ради Бога! Приезжай в Ульяновск, топай в клинику, там я - живое тело. Погляди, если интересно.
    -Ты на меня злишься…что я теперь здесь?
    -Глупая ты. И чего шарахаешься - не собираюсь я тебя душить…
    Но, когда голос произносил это, сидящий наклонился, и лицо его оказалось у самого стекла - с той стороны его.
    С визгом вскочила Катя, и в полном ужасе сбросила зеркало на пол. Что, как известно, среди плохих примет аналогов не имеет. Да еще в Новогоднюю ночь.
    …Узнать что-то удалось только после праздников. Когда из благостного сна рождественских каникул выползли все конторы.
    Еще через несколько дней Катя села в автобус.
    -Есть такой, - сказали ей в Ульяновской больнице, посмотрев фотографию, - Господи, неужели ж выяснили - кто он? Раз в сто лет у нашей милиции что-то получается! Да нет, он не лежит, вполне нормальный. Только не помнит ничего, а так… Да вон он, во дворе, снег чистит… Ну да, у нас. А куда ж мы его пока денем? Проще здесь держать было, чем бумаги оформлять.
    Катя спускалась во двор в полном смятении. Теперь все произошедшее окончательно становилось мистикой. Ну, добро бы у нее открылся дар ясновидения, и все это в ту ночь ей просто примерещилось, такое бывает, говорят. Но то, что он "сам" к ней пришел…
    И вдруг он сейчас все вспомнит, и приедет, и докажет свои права, и ее из дома выгонит? Куда ей тогда?
    Он чистил снег - высокий мужчина в сером свитере.
    -Илья! - позвала она.
    Он не оглянулся. А чего ему оглядываться. Он твердо знал, что имени у него нет. Его здесь звали: "парень…молодой человек…"
    Тогда она подошла и встала перед ним, и сунула ему под нос карточку, где и фотография его была приклеена, и все о нем написано.
    …Она не стала ему рассказывать, как нашла его. Объяснила в двух словах, когда они уже ехали домой. Так, и так, накладка вышла - видимо, решили, что вы умерли. Вы же здесь уже давно, так что кто-то продал вашу квартиру. Я ее через фирму покупала. Как-нибудь с этим разберемся, что сейчас прямо говорить… Вы пока вспоминайте - себя, и что было с вами.
    Но кот был доволен чрезвычайно. Он терся об ноги вошедшего так, что если бы шерсть его была чуть пожестче, брюкам Ильи пришел бы конец. Протер бы их кот своей лаской.
    -Васька, - медленно сказал Илья и наклонился, и погладил кота.
    А войдя в комнату, он огляделся и не сел - как думала Катя - чтобы осмыслить увиденное. Он подошел и взял пустую раму от зеркала, и посмотрел сквозь нее, в глубокой задумчивости, будто припоминая…
    -Ты будешь жить здесь, - сказал он Кате, глядя на нее - совсем как тогда.
    Отложил бывшее зеркало, и пошел в кухню - ставить чайник.

    (с) Свичкарь Т.Н.
    РЕАЛЬНОСТЬ - ЭТО ГАЛЛЮЦИНАЦИЯ, ПОРОЖДЁННАЯ НЕДОСТАТКОМ АЛКОГОЛЯ В КРОВИ.

    Не говорите мне что делать, и я не скажу вам куда идти.

  6. #6
    Супер-модератор Аватар для serg.2
    Регистрация
    19.02.2008
    Адрес
    МО Одинцово
    Сообщений
    3,439
    Вес репутации
    17

    По умолчанию

    Мухобой.
    Такой профессии - начальник, вообще нет. А Николай Антонович работал начальником. Человека назначают руководить, если он это умеет. Если не умеет, то тоже назначают, но чаще всего, разобравшись, что не того поставили, снимают и назначают другого. В Николае Антоновиче еще не разобрались, вот он и работал начальником. Небольшим, впрочем, совсем маленьким. Он командовал конторой "Вторцветмета", и было под его командованием всего три девицы послешкольного возраста из тех, что в институты то ли не попали, то ли не стремились вовсе и пересиживали в этой мелкой конторе несколько переходно-установочных лет. Но и с таким маленьким коллективом Николай Антонович управиться не мог. Им бы самим кто руководил, как это и было всю его жизнь. Куда проще, а главное, спокойнее выполнять распоряжения, чем отдавать их. Распорядились, а ты пошел и выполнил. На душе покой, нервы в порядке, и не надо думать, как подчиненные отнесутся к твоим приказам. Николай Антонович в свое время в армии служил и даже до ефрейтора дослужиться не смог. О чем, однако, не жалел. В душе был недоволен и такой "ефрейторской" должностью, какую получил во "Вторцветмете". Хлопотно, покоя никакого. Жена его было обрадовалась выдвижению, какие-то планы стала строить, но потом вспомнила всю совместную жизнь - она все-таки хорошо Николая Антоновича знала, и поняв, что назначение это - дело случайное и не только дальнейшего роста не предвидится, но и с этой должности супруга скоро попрут, махнула на его карьеру рукой. Ибо был Николай Антонович и в семейной жизни тих и законопослушен. Первые годы после свадьбы жена, памятуя поговорку о тихом омуте, все его подозревала в чем-то этаком. Но с течением времени успокоилась и эксплуатировала мужа в меру сил и возможностей. Николай Антонович и его супруга были людьми незлобивыми, детей у них как-то не случилось. Вот и жили они потихоньку, угождая и не докучая друг другу особо.

    Чего нельзя было сказать о девицах в конторе. Мужчину они в Николае Антоновиче не видели, начальника тоже. Поэтому попросту его игнорировали. Не как пенек или табуретку, но как личность, не заслуживающую внимания. Сидит некто в своем кабинетике - и пускай сидит. Говорит что-то - пусть говорит. В работе своей несложной они давно уже разобрались, а потому служебные указания начальника были им до лампочки. Не особенно наглели, но о строгой дисциплине в конторе и речи быть не могло. На первых порах Николай Антонович пытался делать робкие замечания за опоздания и отлучки в рабочее время, да натолкнувшись на забор равнодушного молчания, почел за лучшее утихнуть и не приставать.

    Было такое впечатление, что катится все само собой, без какого-либо его вмешательства. Начальник в представлении Николая Антоновича должен был громыхать, разносить, карать и миловать. Но он-то этого не умел, а потому сидел ежедневно за столом и делал свою часть бумажной работы. И терпеливо ожидал, когда снимут.

    Иногда Николай Антонович думал о своей жизни. Была она у него прямой и спокойной. Ни всплесков, ни взрывов. Правда, ему и не хотелось их. Жизнь, рассуждал он, должна быть удобной и легкой. По крайней мере, к этому нужно стремиться. Чего суетиться, дергаться, искать? Что заслужил, то и получишь.

    Однако грыз его червячок сомнений. А то ли он заслуживает, к тому ли предназначен, чем занимается? Может быть, не представился просто случай раскрыть внутреннее свое, не дала судьба повода к этому? И Николай Антонович прислушивался к себе - что же там внутри скрыто чрезвычайного? И скоро ли? А самому поискать случая, нет, не так - СЛУЧАЯ, ему и в голову не приходило.

    И еще мухи донимали Николая Антоновича. Их тогдашним летом что-то расплодилось. Огромные, нахальные, громко жужжащие, они врывались в комнату через любую подвернувшуюся щелочку и начиналось форменное приставание. Вот уж на отсутствие любви со стороны мух он не мог пожаловаться. Казалось, жить без него они не могли. Мухи вились вокруг головы, садились на нос, ползали по столу, по бумагам, с прямо-таки реактивным визгом проносились мимо ушей, и уже через полчаса такого издевательства Николай Антонович начинал стервенеть. Он дергался, махал руками, вскакивал, яростным шепотом ругался. Не помогало. Дихлофосом он травиться не хотел и объявлял открытую войну мушиной армии: скручивал трубкой газету и начинал избиение. Он лупил мух где только мог достать: на столе, стенах, окне. Но мухи тоже не дуры, прогресс умственный и у них наблюдается. Они очень быстро соображали, что самое спокойное место на потолке, по причине высоты и недосягаемости. И вскоре уцелевшие мухи собирались группками вокруг плафона и пережидали приступ ярости у Николая Антоновича. А едва тот откладывал газету и садился за стол, как все начиналось сначала. Спасения не было.

    А тут еще подслушал он случайно, как одна из девиц по телефону сказала кому-то: "Наш мухобой". Это Николая Антоновича просто доконало, поскольку сомнений, в чей адрес было сказано, у него не возникло. И как они прознали? Он ведь всегда, перед тем, как мух бить, дверь на ключ запирал...

    Вот так обстояли дела, когда однажды к Николаю Антоновичу зашел посетитель. Дело у него было пустяковое, решили его быстро, но даже за это короткое время посетитель заметил, как истово хозяин кабинета отмахивается от мух. Приметил он и газетную трубку на краю стола. И сказал сочувственно:

    - Беда просто с этими мухами. Ничем их не возьмешь. Раньше хоть "липучки" продавали, а теперь что-то не видно.

    Сразу понятно - родственная душа! Николай Антонович был в таком угнетенном состоянии духа, что тут же отозвался на замечание посетителя. И излил ему все, что наболело. И про мух, и про девиц своих ("мухобоя" тоже упомянул).

    И ведь не ошибся! Посетитель внимательно выслушал, а потом сообщил:

    - Знаете, есть одно средство. И эффективнейшее! Так мух убирает - никаких "липучек" не надо!

    Николай Антонович загорелся. А тот, долго не ломаясь, пообещал завтра же это средство занести, только предупредил, что оно необычное и потребует от применяющего определенного личного мужества. Но Николай Антонович впал в такое эйфорическое состояние, что на последние слова посетителя внимания не обратил. И зря.

    На следующее утро, придя в контору, он узнал, что вчерашний посетитель уже был и оставил коробку с запиской. В записке он извинялся за то, что срочно вынужден уехать и просил не удивляться, не пугаться, а пользоваться средством безо всяких сомнений.

    Однако пришлось Николаю Антоновичу и удивиться, и испугаться, и посомневаться. Когда он, предварительно заперев дверь кабинета, распечатал коробку, то поначалу решил, что посетитель что-то напутал. Ибо был в коробке миниатюрный ангар, в котором находился еще более миниатюрный самолет. К коробке прилагалась краткая инструкция, а в ней на полном серьезе предлагалось использовать этот самолет для уничтожения мух. Нужно было установить ангар на ровной поверхности, лучше всего на столе, подключить шнур к розетке и нажать кнопку.

    Что Николай Антонович ничтоже сумняшеся и проделал. Когда же пришел в себя, настал черед испугу, - да не испугу даже, а ужасу, потому что оказался он совсем в другом, абсолютно необычном и страшноватом месте.

    На первый взгляд могло показаться, что очутился он на палубе авианосца. Стоял Николай Антонович у самолета вполне нормальных размеров, а впереди, за воротами ангара, простиралось бесконечное пространство палубы. На горизонте, несколько сбоку, высилась надстройка... Надстройка?! Да ведь это же стопка гигантских книг!

    Николай Антонович, обнаружив, что он по-прежнему у себя в кабинете, только катастрофически помельчал, еще более дико испугался, но по прошествии какого-то времени немного успокоился, и испуг загасила злость на проклятого посетителя, втянувшего его в такую дурацкую историю.

    Он осмотрел самолет. Самолет был самым настоящим. Небольшой, одномоторный, он напоминал спортивный, предназначенный для высшего пилотажа, однако сходство портили стволы двух пушек, торчавшие в передней части фюзеляжа. В кабинете, на пилотском сиденье, лежала небольшая брошюра - инструкция по управлению самолетом. Николай Антонович ее бегло просмотрел и обратил внимание на то, что несколько раз особо упоминается надежность машины. Выходило так, что летчику ничего не грозило: никаких аварий, остановок двигателя, пожаров, невыпуска шасси быть просто не могло. Сиди себе да двигай ручкой. Николай Антонович хмыкнул с сомнением и сунул брошюру в карман.

    После самолета он обследовал ангар. Был тут склад горючего, несколько серебристых цистерн. Отдельно, штабелями, сложены были снарядные ящики. Мастерская тоже имелась. Рядом с ней помещалась комната отдыха с диваном. Все условия - летай на здоровье!

    Но Николай Антонович на эту провокацию не поддался. Он продолжил поиски и в конце концов в углу ангара обнаружил то, что надо: щиток с единственной кнопкой красного цвета. Надпись под ней гласила: "Возврат". Николай Антонович обрадованно нажал ее и через мгновение очутился в своем, принявшем нормальные размеры, кабинете, а на столе перед ним стоял ангар, который снова был чуть поменьше коробки из-под обуви.

    Какое-то время после этого Николай Антонович сидел в относительном отупении. Но зазвонил телефон, начались ежедневные заботы и, отключив ангар от сети, он отодвинул его к краю стола.

    Мухи наглели по-прежнему. Даже, показалось, еще больше. Так и слышалось в их жужжании: "Струсил, струсил, боишься!" Николай Антонович только отмахивался: "Отстаньте, подлые!" - продолжал заниматься своими делами. А мысли крутились в голове независимо от его воли: "Неужели действительно струсил?" И уговаривал себя, и убеждал: "Какой из тебя летчик? Ты посмотри - брюхо из штанов вываливается! Давление повышенное, ревматизм о себе знать дает, печень побаливает. Куда тебе летать? Ну был бы пацан семнадцатилетний - другое дело. А у тебя ведь по утрам звон в ушах стоит! Сиди и не рыпайся!" Но разве кто из нас когда своего внутреннего голоса слушается? И мухи проклятые поедом ели, пешком уже по столу разгуливали.

    Кончились душевные борения Николая Антоновича тем, что в обеденный перерыв, когда девчонки упрыгали в город, он опять закрыл дверь кабинета на ключ и принялся изучать инструкцию по управлению самолетом.

    Была она составлена просто и доходчиво. Конечно, о том, чтобы сидеть и ручкой шевелить, и речи быть не могло. Но относительная простота существовала. Как она была достигнута - о том в инструкции умалчивалось. А впечатление сложилось такое, что у Николая Антоновича руки зачесались попробовать все же подняться в воздух.

    Конца рабочего дня он ждал с таким же нетерпением, как и его подчиненные. Только причина была другой, разумеется. Минут пятнадцать он не решался нажать кнопку адаптера-миниатюризатора, как именовалось это устройство в инструкции, потом все же собрался с духом. Пережив вторичный, гораздо более слабый шок от уменьшения, твердо ступая, он прошел к самолету, забрался в кабину, пристегнул ремни и, сверившись с инструкцией, запустил двигатель. И взлетел!

    Первый вылет превратился в серию взлетов и посадок. Хотя и запело сладостно в душе, когда самолет оторвался от стола, Николай Антонович этой песне наступил на горло и занялся учебным курсом. Самолет предстояло освоить досконально. Взмокла спина, потели ладони, холодные ручейки сбегали по лбу и вискам, а он раз за разом поднимал машину и плавно приземлялся. Почувствовав, что делает это хорошо, перешел к пилотажу в воздухе. Окончился учебный день только тогда, когда стрелка топливомера задрожала у ноля.

    Николай Антонович подрулил к ангару, выключил двигатель, выбрался из кабины и тщательно заправил самолет с помощью ручной помпы. Только теперь он почувствовал, что устал до ватных ног и тумана перед глазами. Кое-как доковылял до кнопки возврата, нажал ее слабым пальцем и повалился в кресло. Лишь спустя какое-то время он заставил себя подняться, упаковать ангар с самолетом в коробку и спрятать ее в шкаф. Дома он пробормотал жене что-то невнятное насчет трудного дня и, отказавшись от ужина, лег спать.

    Наутро, придя на работу, Николай Антонович совершил первый боевой вылет. Правда, безуспешный. Не знал он еще повадок мух, а потому, расстреляв весь боезапас, злой как черт от своей неудачи, он вернулся в нормальное обличье, сел и занялся текущими делами. Обеденный перерыв был посвящен дозаправке самолета.

    Больше в этот день он не летал. Отправился после работы в библиотеку, затребовал всю возможную литературу о мухах и допоздна просидел над книгами. Узнал он многое, полезное и ненужное, лишь о тактике мушиных полетов не сказано было ничего. Наверняка было где-нибудь и об этом, но Николай Антонович махнул рукой на поиски и решил сам понаблюдать за противником, а заодно потренироваться в пилотировании.

    Среди мух появление маленькой жужжащей штучки особого оживления не вызвало. Поначалу просто уходили в сторону, едва Николай Антонович пытался поймать черное брюшко в перекрестие прицела. А потом и тут обнаглели и стали буквально не давать прохода. Николай Антонович огня не открывал, присматривался, запоминал и на провокации не поддавался. Но когда жирная, с противным зеленым отливом туша прочно пристроилась сзади самолета, крутясь и наскакивая, Николай Антонович заломил вдруг крутой вираж, сумел зайти противнику в хвост, и пальцы его нажали на гашетку.

    Пушки самолета заряжены были трассирующими снарядами и, видимые даже при свете дня, светящиеся змеи четко скрестились на мохнатом пузе агрессорши. И только клочья полетели. Муха задергалась, рухнула вниз, а Николай Антонович резко взял ручку на себя, взмыл к самому потолку и запел победно, описывая круг по всей комнате.

    В этот вылет он сбил еще двух. Больше не позволило время, поскольку то и дело звонил телефон, один за другим шли посетители, надо было начинать готовить полугодовой отчет. Короче, земных дел хватало.

    И все же, едва улучив свободную минуту, Николай Антонович нажимал кнопку, прыгал в самолет и взмывал в воздух.

    В стане противника что-то такое стали соображать. Мухи, ранее отсиживавшиеся на потолке, поняли, что и там для них теперь спасения нет. Набрав скорость, Николай Антонович переворачивал самолет и шел у самого потолка, расстреливая затаившихся врагов почти в упор, как самолеты на аэродроме. Мухам очень бы помогла зенитная артиллерия, но зениток у них не было. Началась паника. Теперь, даже когда Николай Антонович сидел в кресле, а не в кабине самолета, мухи не рисковали приближаться к нему, а тихо прятались где-нибудь на шкафу и передвигаться предпочитали ползком, чтобы не привлекать к себе внимания.

    Дела в конторе шли тоже хорошо. Работалось после полетов особенно вкусно: Николай Антонович уже не уставал, слетав, а был энергичен и деловит.

    Он как-то не заметил, что и отношение к нему вертихвосток резко изменилось. Утром они здоровались, а не кивали пренебрежительно, как раньше. Робко постучав в дверь, спрашивали совета по служебным делам. И даже угощали чаем с домашними пирожками.

    Николай Антонович в зеркало не любил смотреться, тем более не мог понаблюдать себя со стороны, а потому не знал, что он и внешне изменился. Не было теперь рыхлого пузана с глубокими залысинами и мешками под глазами. А был подтянутый крепкий мужчина, выглядевший моложе своих лет, с упругой, решительной походкой и острым взглядом серо-стальных глаз на немного обветренном и в меру загоревшем лице. Ну как было не зауважать такого? Наконец, придя однажды на работу, он обнаружил на своем столе легкомысленную вазочку с цветами, которую тут же переставил на пол в углу, чтобы не мешала полетам. А дверь с тех пор на ночь стал закрывать на ключ. Во избежание.

    Не до того было Николаю Антоновичу. Ибо появился у него настоящий враг, жестокий и смертельно опасный. Правда, и союзник появился. Союзником был паук, сети которого он обнаружил в щели между шкафом и стеной. Иногда, чтобы не тратить снаряды, ловкими маневрами он загонял обезумевшую муху в паутину и, покачав крыльями, что означало "Приятного аппетита!", отправлялся дальше.

    А врагами стали осы. И когда они ухитрились слепить гнездо? Увлеченный своей войной с мухами, Николай Антонович как-то пропустил этот период. И чуть было не поплатился жизнью.

    Оса напала первой. Лишь в последний момент ему удалось вильнуть в сторону, когда полосатая, тигровой окраски громадина неожиданно свалилась сверху. Бросив самолет в мертвую петлю, он увидел противника. Оса вновь шла в атаку. Отступать было не в его правилах, и Николай Антонович принял бой.

    Только маневрами на предельной скорости ему удавалось избежать молниеносных выпадов смертоносного жала. Своими непрерывными атаками оса не позволяла выйти на линию огня, пушки были почти бесполезны. И все же при малейшей возможности он прижимал гашетку. Наконец ему удалось оторваться от повисшего на хвосте чудовища, развернуть самолет и выйти в лобовую атаку. Но в тот момент, когда быстро надвигающаяся черно-желтая громадина прочно накрылась прицелом и он открыл огонь, пушки, последний раз коротко татакнув, умолкли. То ли их заклинило, то ли в пылу боя он не заметил, как кончились снаряды.

    Была еще доля секунды, когда, отдав от себя ручку, можно было уйти вниз. Но это значило неминуемо подставить себя под удар страшной ядовитой шпаги. И тогда, зажмурившись и крепче ухватив ручку, Николай Антонович решился на последнее средство. Он пошел на таран. Сокрушительный удар потряс самолет, его швырнуло в сторону, раздался скрежет разрываемого металла. Ручку вырвало из рук и самолет, потеряв управление, стал падать.

    Лишь у самой поверхности стола Николай Антонович пришел в себя от удара и выровнял машину. Самолет плохо слушался руля, в разодранной плоскости Торчал обломок осиного жала, но победный круг все же сделать удалось. Далеко внизу корчился искалеченный враг и вид его наполнил душу Николая Антоновича ни с чем не сравнимой радостью победы. Кое-как сев, он закатил самолет в ангар. Сегодня сил уже ни на что больше не было. Вернувшись, он запер кабинет, сказался девочкам больным и ушел домой.

    Полторы недели он потратил на ремонт самолета. Пришлось основательно повозиться, прежде чем машина была готова вновь подняться в воздух. Про себя же Николай Антонович решил, что таран слишком дорогой метод ведения войны. А на стене ангара, где он отмечал сбитых мух, появился силуэт первого уничтоженного "летающего тигра".

    Самолет после ремонта выглядел как новый. На фюзеляже Николай Антонович, вспомнив подслушанный разговор, вывел, усмехаясь, красивыми буквами: "Мухобой".

    Мухи затаились, ожидая исхода схватки двух сильных, стоящих друг друга противников.

    Требовалось радикальное средство борьбы с осами. Гнездо их, став обычного роста, он обнаружил без особого труда. Но мысль уничтожить его теперь же, просто прихлопнув чем-нибудь тяжелым, отмел с негодованием. Недостойно это было настоящего бойца, воздушного аса. Появился у него один план, но насколько он был успешен, предстояло выяснить только в процессе его реализации. Путем длительного наблюдения Николай Антонович выяснил, что в гнезде, кроме сбитой, обитало еще четыре осы, все особи взрослые, крупные, обладающие отменной реакцией. Охотиться нужно было за каждой в отдельности, так, чтобы не видели остальные. Кто их знает, этих зверюг - кинутся, разъярившись, вдвоем-втроем, вот тут и поминай как звали начальника конторы "Вторцветмета". Конечно, литературу о противнике он самым тщательным образом проштудировал, знал сильные и слабые стороны "летающих тигров". Но уже на примере мух убедился, что в его случае все может быть по-другому, чем в книгах, и сражаться приходится с существами, обладающими некими зачатками разума, хотя и примитивного. Так что особо рисковать не стоило.

    В субботу рано утром, сообщив жене, что уезжает в командировку до понедельника, он пришел в контору, открыл свой кабинет и, понаблюдав некоторое время за осиным гнездом и признаков жизни не обнаружив, взялся за претворение своего плана в жизнь.

    Сперва нужно было организовать засаду. Потревожив союзника-паука, но вежливо перед ним извинившись, он передвинул шкаф поближе к базе противника - гнезду. Однако так, чтобы осталось достаточное пространство. Затем, сделав несколько коротких рейсов "стол - шкаф - стол", он перевез некое количество боеприпасов и захваченную из дома сумку с провизией - для подкрепления сил во время длительной двухсуточной осады. И наконец, посадив самолет на шкаф, он аккуратно подрулил к заранее выбранной линии огня. Отсюда гнездо и особенно подступы к нему были как на ладони. План Николая Антоновича заключался в том, чтобы сбивать ос на подлете к гнезду или на вылете из него, когда они ничего не подозревают. Тут были определенные трудности. Если в воздухе пушками можно было управлять, маневрируя самолетом, то здесь, на шкафу, самолет стоял неподвижно и пушки стреляли только в одну точку.

    Для начала следовало дождаться возвращения ос и выяснить, с одной ли стороны они подлетают к базе или каждый раз произвольно меняют направление. Поэтому Николай Антонович достал из сумки бутерброд, поудобнее уселся в кабине и принялся наблюдать.

    Спустя несколько часов он уже знал, что осы подходят к гнезду и уходят от него всегда по одному и тому же маршруту. Это упрощало дело. Однако всего раз они вылетели поодиночке, с небольшими интервалами. Нужно было терпеливо выжидать.

    Николай Антонович, налегая на хвост самолета, установил его так, что теперь точка, в которой сходились трассы снарядов, находилась на небольшом расстоянии от гнезда, точно на линии подлета к нему ос. Осмотревшись и не увидя поблизости этих полосатых чудовищ, он для проверки дал несколько пристрелочных залпов и убедился, что положение самолета выбрал правильно.

    Первую осу Николай Антонович сбил под вечер. Три остальные уже вернулись на базу, последняя запаздывала. Он понимал, что есть реальный шанс использовать это опоздание. И не ошибся. Оса летала медленно. До гнезда ей оставалось совсем немного... Но в это время Николай Антонович, сощурившись, плавно отвел предохранительный колпачок и, прикинув достаточное для упреждения время, нажал на гашетку. Длинная очередь сотрясла самолет. Снаряды попали как раз туда, где тело осы сужалось в талию, и разорвали осу пополам.

    Потревоженные выстрелами, осы показались из своих убежищ. Какое-то время они взволнованно ползали, иногда взлетая в поисках подруги. Николай Антонович, все еще держа палец на гашетке, сидел тихо. Наконец осы успокоились, вернулись в гнездо. Тогда и он выбрался из кабины, постелил под крылом самолета плед и спокойно уснул.

    Утром удалось уничтожить еще одну. Раннюю пташку, так сказать. Подруги замешкались в гнезде, а она выползла на свет божий, взмахнула крыльями, направляясь к окну, и... напоролась на снаряды. С развороченным брюхом, кувыркаясь, она все-таки смогла дотянуть до подоконника, да там и упала, корчась и пронзая воздух жалом.

    Осталось сбить двух последних, но это и было самым трудным и опасным. Поодиночке они уже не летали. Николай Антонович напрасно прождал весь день, а к концу его решился и открыл огонь сразу по паре. Они подходили к гнезду одна за другой, и если бы шли на хорошей скорости, то вторая оса, не успев затормозить, влетела бы под снаряды вслед за первой. Однако она успела.

    И когда, грозно развернув крылья, эта жужжащая громада двинулась к шкафу, Николай Антонович понял, что засада его раскрыта и спасение теперь только в ангаре. Лихорадочно запустив двигатель, он рванул самолет с края шкафа, уже в падении набирая обороты и разворачиваясь в сторону стола. Сзади надвигалось громовое гудение, но он не оглядывался. Не было времени для маневров и, сходу брякнувшись на поверхность стола, едва не подломив стойки шасси, он зарулил в ангар, прижал тормоз и, откинув фонарь кабины, бросился к спасительной кнопке возврата.

    Оса, словно не почувствовав разницы между маленьким Николаем Антоновичем и большим, зашла на него в атаку. Но разница-то была! И Николай Антонович просто взял линейку и сшиб ею осу в воздухе. А затем наступил на нее и раздавил...

    В понедельник утром, придя на работу в контору, девушки заглянули в кабинет начальника. Тот спал, сидя в кресле и уронив голову на стол. Перед ним лежали остатки бутербродов, термос с чаем и стакан. Среди хлебных крошек затерялись четыре растерзанные осиных трупика. Несмотря на распахнутое настежь окно, в комнате не было ни одной мухи.

    ...Николай Антонович работает все там же. Пока. Не так давно вызывало его начальство, угощало чаем. И было ему недвусмысленно сказано, чтобы готовил свои дела к сдаче, поскольку решено подобрать ему место повыше, с соответствующим окладом и ясными перспективами на дальнейшее продвижение. Сообщение это Николай Антонович воспринял спокойно, даже несколько равнодушно. Подумал только, что затянули с повышением, могли бы и раньше предложить.

    Девицы в его конторе остепенились. Одна даже замуж вышла. На начальника своего они смотрят с обожанием, слушаются беспрекословно.

    ...Зима прошла спокойно. Но едва наступила весна, как у Николая Антоновича зачесались ладони. И однажды, захватив коробку с ангаром, он сообщил девушкам, что отправляется в управление, а сам добрался до окраины города, нашел небольшое учреждение, из окон которого не торчали коробки кондиционеров, вошел туда и спросил:

    - Мухи не мешают? Вывести не надо?

    ©Игорь Пидоренко
    РЕАЛЬНОСТЬ - ЭТО ГАЛЛЮЦИНАЦИЯ, ПОРОЖДЁННАЯ НЕДОСТАТКОМ АЛКОГОЛЯ В КРОВИ.

    Не говорите мне что делать, и я не скажу вам куда идти.

  7. #7
    Супер-модератор Аватар для serg.2
    Регистрация
    19.02.2008
    Адрес
    МО Одинцово
    Сообщений
    3,439
    Вес репутации
    17

    По умолчанию

    Даже Создатель не всеведущ... (Автор - Батаев Владимир)


    - О, Создатель! Смерти прошу у тебя! Не откажи мне, Создатель, ведь не для себя прошу!..
    Ну, всё. Допился до слуховых галлюцинаций. Вообще-то, я всегда думал, что сначала появляются зрительные: всякие чёртики да слоники разноцветные... белочки... А ещё говорят "Пиво не алкоголь"! Хотя, кто его знает, что я на самом деле пью, раз это так называемое пиво появляется просто по моему желанию.
    Ага, а вот и зрительные галлюцинации начинаются. Только вот почему-то они возникают на строго очерченном квадрате прямо передо мной. Как будто телевизор, у которого только экран видно. И как назло под рукой нет пульта, чтобы канал переключить.
    На "экране" какое-то здание из чёрного камня. Не пойму, то ли замок, то ли храм. Изображение меняется, и появляется зал. Перед чем-то похожим на алтарь стоит человек и во всю глотку взывает к Создателю. То бишь ко мне.
    Так, наверное, это всё же не галлюцинации. А жаль. Придётся пойти и разобраться, а то эти вопли мне уже порядком надоели. Ну, когда он, наконец, голос сорвёт?
    - Кхм...
    От моего многозначительного покашливания этот болван подпрыгивает чуть ли не до потолка.
    - Ты чего подкрадываешься?
    Ну, во-первых, я не подкрадывался, а переместился. А во-вторых, сам же меня и звал. И вообще, мне что, колокольчик на шею повесить?
    - Чего тебе надо-то? - спрашиваю я.
    - Ты кто?
    Кто, кто... конь в пальто!
    - Гоблин я, зелёный.
    А что, мне уже и пошутить нельзя? К тому же, он первый начал глупости говорить.
    - Не похож, - покачав головой, заявил парень.
    - Ну, тогда тролль.
    Он ещё яростнее замотал головой. Решив продолжать свои насмешки - в конце концов, кому из нас всё это надо? - я делаю вид, что задумался. Почесав в затылке, небрежным жестом достаю из воздуха сигарету и прикуриваю от зажегшегося на указательном пальце огонька.
    - А в демона поверишь?
    - Может быть.
    - А, вспомнил, - изобразив на лице озарение, я хлопнул себя ладонью по лбу. И тут же скривился от боли и потёр ушибленное место. - Создатель я. Чего звал-то?
    - Ты не Создатель. Создатель, он... - парень замялся, явно не находя слов. - Он не такой.
    - Мне лучше знать какой я. А вот ты кто? И зачем отрываешь меня от важных дел?
    - Не ври. Создатель выглядит не так.
    Вот упрямый осёл! Взывает, сам не зная к кому. Хотя, может, он какого-нибудь другого Создателя звал? Впрочем, этот мир создал я, значит, других Создателей тут быть не может. Что мне теперь ему свою личность доказывать? Может ещё и документы показать?
    - А как выглядит Создатель?
    - Ну, я не знаю, - развёл руками парень. - Но не так.
    - Если я тебя разочаровал, это твои проблемы! - Я уже начал злиться. - Этот мир создал я! Если хочешь это оспорить - подай в суд! Может тебе такой мой вид больше понравится?!
    Я принял свой демонический облик. При виде крылатого трёхметрового существа, покрытого чёрной чешуёй, перемещающейся серебристыми костяными пластинами с торчащими из них желтоватыми шипами, этот парень завопил и бросился прочь.
    Я вышел из храма вслед за ним. Он добежал до обрыва, - который был всего в нескольких десятках шагов - и прыгнул. Но, вопреки моим ожиданиям, он не рухнул вниз, а расправил сложенные за спиной крылья, - которые я до этого принимал за плащ - и полетел. На всякий случай я запустил ему вслед энергетический шар - а то ещё вздумает вернуться и опять беспокоить меня своими воззваниями.
    Решив, что раз уж я здесь, - чем бы ни было это "здесь" - надо осмотреться, я взялся за дело. Оказалось, что я нахожусь на крохотном каменистом островке, единственным строением на котором является этот самый храм. На острове не было ничего живого, исключая, возможно, микроорганизмы - их наличие я не проверял. В храме обнаружилась весьма внушительная библиотека, и я немедленно взялся за чтение, надеясь, что это хоть что-то прояснит.
    В итоге я окончательно запутался. Во-первых, я выяснил, что это здание именуется Храм Создателя и, если верить записям, возникло в момент творения. Но я-то знаю, что никакого Храма не создавал! Впрочем, как раз этот вопрос легко разрешим - попросту в книге записана неверная информация. Но далее там написано: "Все слова, произнесённые в Храме, достигнут ушей Создателя". Хм, то ли этот крылатый парень был первым, кто рискнул заговорить в Храме, то ли мне стоит проверить слух. Ну, предположим, что до недавнего времени я спал и ничего не слышал, но откуда же тогда возникла подобная легенда?
    От следующих слов я вообще за голову схватился - какие-то бредни про два отражения Создателя, которые в свою очередь имеют собственные отражения, численность коих возрастает в геометрической прогрессии. И все эти отражения подразделяются на Тёмных и Светлых и делятся на четыре группы, в зависимости от их сил.
    И как, спрашивается, подобное могло случиться без моего ведома? Что-то я не припомню, чтобы создавал какие бы то ни было отражения себя! Я вообще никаких богов в этом мире не создавал! Ну да, вот они и создались сами - как же миру без богов. Проклятое подсознание!
    Так, что тут дальше... Высшие Силы, Боги, Маги, Духи, они же отражения Создателя... магические предметы... Это всё ясно как белый день.
    А это ещё что за история? Какой-то Великий Кристалл, две половины которого располагаются в Верхнем и Нижнем Царствах (кстати, надо бы не забыть туда заглянуть и разобраться, что это вообще такое), в обителях моих Светлого и Тёмного отражений. Обе половины Кристалла взаимосвязаны, а если сдвинуть хоть одну, это повлияет на весь мир. Что и произошло в конце второй эпохи. Всего их вроде как пять: Эпоха Легенд, Эпоха Высокой Магии, Эпоха Равновесия, Эпоха Низкой Магии и Эпоха Забвения. Насколько я понимаю, сейчас как раз идёт пятая. И кто их так поделил? В результате данного происшествия изменились очертания континентов (так вот почему это случилось!) и сменились Высшие Силы (ну, от этого мне ни горячо, ни холодно).
    А вот со следующей эпохой всё ещё более странно. Якобы Тёмный нашёл способ завладеть принадлежащей Светлому половиной Великого Кристалла и переделать весь мир на свой лад. А помешало ему в этом... явление Создателя! Это что же, получается, что я ещё и лунатик? Я в то время спал! Так, либо я начал ходить во сне, либо кто-то прикидывался мной... Вариант, что книга опять ошибается, я даже рассматривать не стал - это было бы слишком просто. Ладно, спишу этот случай на то, что я действительно всё это сделал, ненадолго проснувшись, а потом просто забыл.
    Эх, похоже, я проспал всё самое интересное и проснулся только к Концу Мира. А изменений в мире за это время произошло куда больше, чем мне показалось поначалу. Ладно, разберусь.
    Вот ведь смешно: я сам создал этот мир, а теперь ничего толком понять в нём не могу. Но что поделать, никто не безупречен. Даже Создатель не всеведущ...
    РЕАЛЬНОСТЬ - ЭТО ГАЛЛЮЦИНАЦИЯ, ПОРОЖДЁННАЯ НЕДОСТАТКОМ АЛКОГОЛЯ В КРОВИ.

    Не говорите мне что делать, и я не скажу вам куда идти.

  8. #8
    Супер-модератор Аватар для serg.2
    Регистрация
    19.02.2008
    Адрес
    МО Одинцово
    Сообщений
    3,439
    Вес репутации
    17

    По умолчанию

    А здесь сказки, совсем детские и добрые.

    Кот Барон, и прочие..., детская сказка.


    Кот Барон, нервно подрагивая хвостом, внимательно смотрел на попугая в клетке. Попугай тщательно делал вид, что его тут нет. Хозяева оставили их вдвоем, ушли куда-то на всю ночь. Так что времени было завались. Кот усмехнулся в усы, попугай поежился и сделал пару шагов на жердочке, подальше от Барона.
    Время шло, очень хотелось чего-нибудь съесть, желательно предварительно ощипать от перьев и стрескать, пока тепленький. Барон сладостно зажмурился. Оставалось только придумать, как достать ужин из клетки.
    Кот встал, лениво потянулся, выпустил когти, наводя на жертву трепет, и прогулочным шагом совершил круг почета вокруг потенциального ужина. Клетка была прочная. Барон сел напротив дверцы и задумался...
    - Здравствуйте! - сказал вдруг попугай.
    Кот удивленно почесал за ухом. По этикету с едой разговаривать не стоило. Ее надо было есть!
    - Ну, здорово. - промурлыкал он и попытался подцепить защелку дверцы когтем. Крепко сидит, зараза. С прошлым попугаем этот номер прошел. Правда дочка хозяев чего-то плакала потом, дурочка. Попросила бы и Барон поделился бы.... Например крылышком...
    - А что это вы делаете? - спросил попугай.
    - Клетку открываю. - лаконично ответил кот и попытался еще раз. Наверное, защелка какая-то другая... специальная. Ну хозяева, ну удружили!!! Впрочем, так даже интереснее будет. В животе заурчало.
    - А зачем? - опять подал голос попугай, глуповато хлопая круглыми глазами и приоткрыв кривой клюв.
    "Упитанный!" подумал Барон и облизнулся.
    - Познакомиться поближе хочу... - ответил еде абсолютную правду голодный кот и хищно ощерился.
    - Правда? - обрадовался попугай. - Меня зовут Тошка! Мне 89 лет, я знаю 4 языка и очень люблю дружить!!! А вы?
    - Тоже люблю... дружить - уклончиво ответил Барон и раздраженно пихнул лапой клетку. Она покачнулась. Тошка скосил один глаз:
    - А сколько вам лет?
    - Четыре... - ответил кот и, хлеща себя по бокам хвостом, царапнул столешницу. Блин! Как же ее открыть? Такой толстенький... вкусненький... наверное повкуснее предыдущего. "Даже дочке хозяев крылышко оставлю" - решил кот. - "Если открою".
    - Ооо! Как вы молоды!!! - восхитился попугай. - Вот помню, когда мне было 4 года, я жил у одного очень образованного человека. И вот он однажды мне и говорит...
    "Ну надо же! Его съесть хотят, а он в воспоминания пустился. Ну да ладно, зато сам себя отвлекает".
    А если ее на пол скинуть? Вдруг откроется? Да нет, вряд ли, но, по крайней мере, погнется... Вот жеж блин, уроды кто эти клетки делает!! Совершенно не думают про голодающих котов!
    В окно с улицы влетел воробей. Сделал круг по комнате и устроился на карнизе:
    - Привет, Барон! Снова попугаятины захотел?
    Тошка удивленно посмотрел на гостя:
    - Здравствуйте. Меня зовут Тошка! А почему вы считаете, что этот милый молодой кот собирается меня съесть? - Барон злобно переводил огромные желтые глаза с одной птицы на другую, при этом лихорадочно думая как схарчить обеих. Но воробей Бандит был шустрый, жизнью битый, на уловки не велся...
    - Дык, на прошлой неделе захрумкал твоего предшественника! Ой, крику скока было!!! Да ты на рожу его наглую посмотри!
    - Шшшёл бы ты отсюда, Бандит! Пока цел!! - прошипел кот и присел для прыжка.
    - Ой, напугал! - смешливо зачирикал воробей. - Допрыгни сначала!!
    - Мяяяуууу! - взвыл Барон и вытянулся в прыжке... Как всегда не хватило совсем чуть-чуть. Бандит вспорхнул, сделал круг прощания, напоследок крикнул:
    - Будь осторожен Тошка! Он хитрый... - и вылетел в окно.
    Барон повисел на шторах, неуклюже отцепился и грохнулся на стол с клеткой. Проскользил на когтях, немного не рассчитал и задел хвостом клетку. Та с грохотом рухнула вниз, дверца распахнулась и взъерошенный Тошка выпал наружу.
    Барон восторженно взвыл: Попался!!!! И мягко спрыгнул на пол...
    Далее началось непредсказуемое и совершенно неожиданное! Тошка выпрямился, захлопал крыльями и больно долбанул Барону мощным клювом прямо между ушей! Кот ошеломленно присел - "Ну ни фига себе!!!". Выпустив когти, Барон решил шлепнуть строптивого попугая лапой. Совершенно не стесняясь, Тошка поймал клювом лапу, потом подпрыгнул и вцепился своей сухой и сильной (а когти даже крупнее!) лапищей прямо в нос противнику.
    Боль была жуткая, казалось, что отвалились усы, глазища наполнились слезами. Кот стал пятиться назад, мотая башкой во все стороны.... А Тошка все лупил и лупил крыльями, иногда больно стукая клювом между ушей...
    Как Барон оказался в клетке, он помнил смутно, зализывая ранки на носу. А уж как Тошка закрыл клетку - он так и не понял...
    На утро вернулись хозяева, обнаружили на полу клетку с несчастным котом внутри и гордого собой попугая, который постоянно повторял, сидя на столе:
    - Тошка молодец! Тошка хороший!!!
    - Ну вот!!! - обрадовался папа. - Не зря нам посоветовали купить этого попугая!!! Не соврал продавец - проучит любого кота!!!

    **********


    Барон тащился! Опустив хвост на экран телевизора, прямо по середине, он иногда томно переворачивался, нежась под теплым солнцем, бьющим в окно.
    Хозяева давно привыкли к этому кошачьему хвосту на экране, и похоже, считали его частью телевизора, поэтому не возражали. Коту впервые в жизни абсолютно ничего не хотелось. После столкновения с попугаем Тошкой, они стали лучшими друзьями, чему хозяева были рады неимоверно, и баловали животных как могли. На черный день Барон заныкал в кадке на балконе свежемороженую голову скумбрии, одна изумительная черная кошечка во дворе явно не ровно дышала к нему - короче, жизнь наладилась.
    Тошку сажали в клетку только на ночь, или когда он сам туда забирался, чтобы отдохнуть. А так он предпочитал проводить время, важно вышагивая по краешку стола, периодически тихонько что-то говоря на 4-х языках, или сидел на балконе, любуясь на окружающий пейзаж. Удивительно, но улетать он никуда и не планировал. Иногда Тошка и Барон сидели на балконе вместе, обсуждая дворовые дела. В общем - мир и благодать!
    Но, как известно, все хорошее когда-нибудь кончается.
    Этой ночью Барон, по своему обыкновению, проводил инспекцию квартиры и прилегающих территорий, и вдруг услышал какой-то подозрительный шорох на балконе.
    "Нычку тырят!!!" догадался Барон, "наверное серый котяра из квартиры выше этажом!!"
    Кот тихонько подкрался к подоконнику, ловко скакнул на стол и осторожно выглянул в окно - возле кадки кто-то возился, принюхивался и присматривался, блестя бусинами глаз.
    - Ух ты! Крыса! - прошептал Барон. Всегда чутко спящий Тошка открыл один глаз, и вопросительно уставился на кота.
    - Только тихо! - кот возбужденно замахал хвостом. - Там крыса по моей нычке шарит! Здоровая жуть! Таких я еще не видел!
    Тошка осторожно вылез из клетки, и важно подошел к окну:
    - Действительно крыса! Может, пойдем познакомимся?
    - Познакомимся??? Она тырит мою еду!!! На черный день отложенную! Какая наглость! Ее надо поймать.
    - А зачем? - удивился попугай.
    - Нуу... - Барон задумался - Так все делают. Потом утром хозяевам отдадим, они рады будут...
    - Мдаааа, полагаю они будут просто в восторге! - скептически покачал головой Тошка. - Есть другой предложение. Выйдем и попросим уйти, ну или познакомимся. Если добрая - тогда зачем ее ловить? А если злая - прогоним.
    - Думаешь? - кот засомневался... - Лишимся элемента неожиданности. Ну да ладно, давай попробуем.
    Крыса, тем временем, встала на задние лапки (хвост параллельно земле), передними уцепилась за край кадки и попробовала влезть внутрь.
    - Вот ведь наааглость! - тягуче сказал кот, устраиваясь на перилах. Рядом, подойдя строевым шагом, уселся здоровый разноцветный попугай.
    От неожиданности и удивления, крыса не удержалась и провалилась в кадку. Через мгновение наружу осторожно высунулся кончик носа и судорожно принюхался. "Черт! Не показалось, действительно кот и попугай. Ну дела!"
    - Здравствуйте! Меня зовут Тошка, а кто вы? - вежливо поинтересовался попугай.
    - А я... А я так, мимо проходила... Заглянула вот... - крыса решила, что не стоит пока вылезать.
    - Мимо она проходила. Ха! - заявил Барон, зловеще блеснув огромными желтыми глазами. - Ну а зачем чужое-то тырить?
    - Эээ, я конечно, нуу... А что такое? Мне есть захотелось! - возмутилась крыса, когда поняла, что ловить ее не собираются. По крайней мере сию минуту. - Мы всегда так делаем когда хотим есть!!!
    Она копнула лапкой землю на дне кадки - и обнаружила рыбью голову. Она пахла так одурманивающе...
    Кот и попугай переглянулись....
    - Кхе, вот потому вас никто и не любит. - прокашлялся попугай. Барон на всякий случай подобрал для прыжка лапы.
    - Воровать не хорошо!
    - Тоже мне учителя!!! - взвизгнула крыса и, осмелев, высунулась наружу. - Жируете тут, а мы по подвалам шкеримся! А ведь какую-то рыбью голову зажали!
    - А ты откуда знаешь? - тут же заволновался Барон. - Говори!!!!
    Крыса виновато высунулась из кадки:
    - А я ее того... ну съела. Простите. Правда кушать хочется!
    - Ну вот! А я ее на черный день... так припрятал хорошо, а тут... - от расстройства Барон даже забыл, что собирался поймать крысу и принялся нервно вышагивать по перилам. Воровка присела, и судорожно дохрумкала косточку. Посматривая то на гостью, то на кота Тошка переступил лапами и сказал:
    - Ну, ну. Не расстраивайся ты так. Завтра к хозяйке поластишься, и она тебе двойную порцию выдаст. А вот вам...эээ... мадам, стоило просто попросить, и Барон поделился бы. Правда Барон?
    Барон скептически прищурился на попугая. Тошка хихикнул:
    - Поделился бы, точно говорю. Он добрый, хотя и вредный. Так как вас зовут?
    Крыса задумалась...
    - Да никак не зовут, чего меня звать, я и сама приду. Нету у меня имени...
    - Тогда мы вам дадим имя! - заявил попугай и гордо выпятил грудь, подняв клюв.
    - Например Тырилка! - едко заметил Барон. Крыса виновато посмотрела на него и облизнулась. - Когда я был совсем котенком, у хозяев была большая белая крыса, они звали ее Катька. Она была старая и добрая, не то что ты!
    - Ну тогда назовем ее в честь той престарелой барышни. - решил попугай.
    - Катька? Екатерина! Да еще и вторая! - крыса мечтательно посмотрела в звездное небо. - Я согласная!
    - Вот и славно. А теперь расскажите-ка, премилая ..ммм... Екатерина, каким ветром вас сюда занесло. - хлопнув крыльями попугай устроился поудобнее.
    - Да, расскажи! Или в подвалах есть стало нечего? - Барон желчно ухмыльнулся. Катька вторая нахмурилась:
    - Юморист, да? Между прочим, из-за твоих сородичей теперь бегаем, где придется! Тут какая-то банда кошачья появилась, никому прохода не дает. Я ваще-то с соседнего двора, они нас оттуда выгнали. Скоро сюда доберутся.
    - Сородичи, говоришь? - Барон недобро блеснул глазищами. - Что-то не слыхал... Не люблю чужаков! В общем так, в гости не приглашаю, сама понимаешь что с хозяевами будет, а вот чего поесть найдем!
    Кот стремительной тенью исчез в глубине квартиры.
    - Да ты вылазь из кадки-то! Никто тебя не тронет! - сказал Тошка и покосил взглядом. Крыса с сомнением глянула на него, но все же, кряхтя, вывалилась из ставшей уже уютной посудины. - я же сказал что он добрый!
    Барон появился через минуту, таща с собой кусок сыра, изъятый из холодильника. Он умел открывать двери этого чудо - устройства, и мало того, даже закрывать, чем неимоверно гордился. Сыр Барон аккуратно положил перед Катькой и деликатно отошел в сторонку. Катерина вытаращила на него глаза бусинки:
    - Аффигеть! Впервые меня кот угощает, а не по углам гоняет!
    - Ты ешь давай, пока я добрый! А то передумаю... - Барон угрожающе присел. Катька подпрыгнула, цапнула угощение и спряталась за кадку, наружу торчал только хвост.
    - Ням, спасибо, ням! Выручили! Давно вкуснятины не пробовала!
    - Тебе когда совсем плохо будет, ты заходи - мы покормим, только чур гостей не приводить и не наглеть, мы не Красный Крест. - сообщил Барон и с независимым видом принялся умываться, иногда хитро посматривая за Катькой через узенькую щелку.
    - Ладно, ладно, договорились! А так, поболтать, забегать можно? Я болтать люблю!
    - Можно! - величаво согласился Тошка...
    На том они и расстались в ту ночь, правда не надолго. Катька прибегала каждую ночь подкрепиться и поделиться свежими сплетнями. Барон был удивлен ее осведомленностью, хотя сам тоже довольно много времени проводил во дворе, общаясь с местными кошками, и иногда тщетно пытаясь поймать воробья Бандита. У Катьки кот научился новому приему вскарабкивания по стене, до своего балкона на втором этаже. Тошка учил Катьку манерам, запрещал ругаться и с интересом узнавал о жизни в подвалах, ему как-то не доводилось там бывать, не смотря на долгую жизнь. Катька облагораживалась на глазах, с завидной усидчивостью выслушивала пространные воспоминая о Тошкиной молодости и путешествиях.
    Дошло даже до того, что и Барон и Тошка уже начинали скучать днем, с нетерпением ожидая, когда же придет "Ее Императорское Величество Екатерина 2".
    Так и этой ночью, они оба выбрались на балкон и принялись ждать, рассматривая стремительные тени ворон и острые светлячки начинающихся звезд в летнем небе. Благодать кругом! Дворживет какой-то своей, ночной жизнью, изредка подаст голос сверчок, или гавкнет дворовая собака...
    Но что тут такое? Какие-то вопли начались... Знакомые.
    - Тааак, не нравится мне это... Сссиди здесь! - прошипел Барон и бесплотной тенью нырнул вниз с балкона. Тошка поежился и принялся волноваться....
    "Что тут происходит. Нука - нука!" думал Барон, забегая за угол "Ужас!". Там, прижавшись к стене, стояла Катька, окруженная бандой котов, числом более десятка и что есть мочи орала:
    - Помогите! Спасите!!! Барооон!!!
    Барон лихо затормозил, развернулся и бросился в обратную сторону. Взлетев по стене, как Катька учила, он, задыхаясь, выпалил Тошке:
    - Лети по двору, всех на помощь зови! Один не справлюсь, тама Катьку есть собираются! - потом кубарем скатился вниз и бросился к месту событий...
    Тошка сорвался с балкона и в пике заверещал на весь двор:
    - Бандииит! Ты где? Бандииит!.
    Из густой кроны тополя вывалился заспанный и взъерошенный воробей:
    - Ну чего орешь, как на пожар?
    - Там это! Бандит, выручай! Там подругу нашу, ну Катьку, ты же знаешь! Коты какие-то, кажется ну съедят, щас! Выручай! - Бандит был воробей боевой и сообразительный.
    - Где? Там? Щас будем! - и нырнул в крону дерева, чириканьем разнося весть по двору. Тошка тем временем, несмотря на старость и отсутствие летных навыков, полетел в двор по соседству к псу Генриху. Он был здоровенной дворовой собакой, пользовался безграничной любовью местных детишек и их родителей, а еще был вожаком всех местных дворняг. В данный момент он мирно спал возле гаража. Не церемонясь Тошка упал прямо ему на загривок и прокряхтел прямо в ухо:
    - Беда Генрих! Катьку коты не нашенские щас харчить будут!
    Генрих вскочил и юлой забегал вокруг своей оси:
    - Где, гав? Кто, гав? Кого, гав? Катерину!!!! Да за Катерину, уххх гав!!!
    - Там, за тем домом, давай быстрее! - Сказал Тошка и полетел обратно.
    Следом за ним, прихрамывая и молча, блестя волчьими глазами, несся Генрих со своей стаей. Над деревьями, грозно чирикая, пикировала эскадрилья воробьев, где были даже пара ворон....
    А Барон, тем временем, спрятав за себя бедную крысу и прижав к голове уши, смотрел на вожака пришельцев - здоровенного, почти как собака, всего в шрамах котяру:
    - Эй, домашний! Это моя добыча! - вожак выпустил жуткие когти, хлеща себя по бокам обрубленным хвостом.
    - Не тронь! Убью! - шипел Барон, вытаращив глазища, и мечтая, как бы не описаться со страху.
    - Хаа! - издевательски хрюкнул вожак и подошел ближе. - Ты? Меня?? Домашний уходи, мы своих не трогаем!
    Банда стала подтягиваться ближе. Барон лихорадочно выбирал момент, чтобы вцепиться во врага мертвой хваткой.
    - Катька! Как драка начнется - убегай, поняла? - крыса, вжалась в угол, блестя бусинами глаз.
    Вожак сузил глаза, весь подобрался, ощерился, и с жутким мявом бросился в атаку...
    Тут все и началось: неизвестно откуда с неба стали падать чирикающие комочки воробьев, которые цеплялись котам за что придется, при мощной поддержке ворон с их могучими лапами и клювами. Из темноты двора выскочили с пяток собак, блестя ужасными клыками и ворвались в драку. Барон повис на шее соперника, обняв его передними лапами, и задними пытаясь царапаться. Тошка резко, пикируя, мощно долбил клювом, и даже Катька, чего-то крича от ужаса, кусала всех кто попадался поблизости. Слава богу что это в основном были враги!
    Через несколько секунд такой атаки враг дрогнул и с позором бежал, оставляя на земле клочья шерсти. Катька еще чего-то покрикивала, боевое такое, но все остальные уже успокоились.
    - Мы за Катерину, ууух гав! - выдал Генрих и чихнул.
    Так вот и спасли крысу, любимицу двора и жуткую болтушку, да еще и пришлых прогнали. Мир снова воцарился вокруг, но кто знает, надолго ли?

    *********


    Сегодня хозяева были необычайно суетливы. Весь день они были как-то странно возбуждены, куда-то звонили все время, что-то считали, мерили и волновались. Попугай Тошка и кот Барон с неослабевающим вниманием наблюдали за этой беготней по квартире, сидя на столе, дабы не попасть кому-нибудь под ноги. Даже папа сегодня с работы вернулся раньше обычного, что бывало крайне редко и только по особенным случаям.
    - Ну что? Все готово, дорогая? - спросил он жену - Куда ставить будем?
    - Наверное, вот сюда, под окно, хотя не поместится, наверное...
    - Думаешь? А мне кажется, поместится! - хозяин вооружился метровой линейкой и принялся что-то высчитывать.
    Кот и попугай совершенно перестали что-нибудь понимать - хозяева вели себя странно. Вот со школы вернулась хозяйская дочка и тоже удивилась, глядя на это столпотворение. Родители заметили чадо только спустя пару минут:
    - Ой, Маша вернулась! А знаешь, Машунь, кто у нас сегодня будет? - спросила мама.
    - Не знаю...
    - Моя подруга уезжает на 2 недели, а у нее дома живет кролик, точнее крольчиха. Они попросили ее у нас подержать. - мама улыбнулась.
    - Правда?? Ура! - дочка захлопала в ладоши и с энтузиазмом приняла участие во всеобщем бардаке приготовления к прибытию такой гостьи. Не бегали кругами по комнате только Барон и Тошка. Правда их иногда зачем-то двигали с места на место по столу...
    - Прибавление в семействе, значит! - заметил Тошка, во время очередного перемещения. - Да еще такое экзотическое животное как крольчиха!
    - Это ты экзотическое, а кролики не экзотические! Они обычные... и вкусные... - плотоядно ухмыльнулся в усы Барон и лениво растянулся по столу. - Вот бы крольчатинки сейчас, свееееженькой!!!
    - Ну, это вряд ли. Хоть я никогда кроликов не видел, знаю, что они больно кусаются! Так что не видать тебе крольчатины! - заявил Тошка и хихикнул. Барон удивленно уставился желтыми глазами на попугая.
    - Да чему там кусается-то? Они же домашние и маленькие совсем, чуть больше котенка! Да я это... на один зуб, и все.
    - Ой не учит тебя жизнь, Барон. Совсем не учит... Ты Катьку вспомни, вроде крыса как крыса, а как кусалась в драке? Да того же воробья Бандита взять! Ты его сколько уже поймать не можешь?
    - Нуууу... Это другое дело! - Кот приподнялся и принялся умываться с независимым видом. - Бандита я только для разнообразия ловлю, мяаав... Чтоб жить веселее было. Вот!
    Снизу, напротив подъезда, раздался автомобильный гудок, и хозяева всем семейством выбежали на улицу, а Барон и Тошка выбрались на балкон. Из подъехавшей машины папа помогал доставать здоровенную клетку... В клетке, испуганно прижав к спине уши, сидела толстая, пушистая крольчиха и крупно дрожала...
    - Говоришь чуть больше котенка? - спросил Тошка. Барон оценил размеры и задумчиво почесал за ухом.
    - Мда, это я погорячился. Такая действительно укусит, и усы не соберешь! А все равно хочется крольчатины. Эххх, опять не повезло. - Барон печально опустил хвост. На балкон вспорхнул местный воробей, которого все знали под именем Бандит. Он предусмотрительно устроился на почтительном расстоянии от хитрого Барона:
    - Привет всем! Даже тебе, Барон. Ну-с, и что тут у нас! То есть кто тут у нас?
    - А у нас тут новый жилец. Хозяева в полном восторге заочно. - щелкнул клювом Тошка.
    - Дааа? Во дела! А это кто? Я таких еще не видел...
    Барон принял лекторский вид и свысока покосился на воробья:
    - Это крольчиха! Да и откуда тебе знать? Ты же кроме этого двора в жизни ничего не видел.
    - Ой, зато ты у нас путешественник! Все видел и все знаешь, только охотник из тебя никакой! - не полез за словом в карман Бандит.
    - Опять хамишь??? - Барон подобрал лапы и присел. - Ты так дочирикаешься когда-нибудь!
    - Не начинай опять, все равно не поймаешь.... - договорить он не успел, поскольку кот совершил прыжок. Затяжной. Во всех смыслах... Воробей благополучно спрятался в кроне тополя, а Барон, не рассчитав, промахнулся мимо перил и сверзился вниз со второго этажа. Из под балкона до Тошки донесся сердитый и разочарованный мяв Барона. Обратно он взобрался методом, которому его научила крыса Катька.
    - Чертов воробей!!! Хам и невежа! Охотник из меня никакой, мяяяв! Я ему покажу!!!
    - Покажешь, обязательно покажешь... Пошли людей встречать! Хи.. - прервал обиды кота попугай, и важно вышагивая, отправился в комнату. За ним, задрав трубой хвост, гордо поплелся кот.
    Навстречу им вылились шум и восторги, в основном от Маши:
    - Ой, какая красавица! Какая лапочка! А что она ест? А когда она спит? А как с ней гулять? А она любит, когда ее гладят? А как ее зовут? - владельцы крольчихи с трудом поспевали за валом вопросов, отвечая через один:
    - Она ест корм специальный, и травку. Любит когда гладят. Иногда кусается, когда сердится, будьте осторожны. А зовут ее Краля...
    - Краля? - удивился папа. - А почему?
    - Ну посмотри, какая гордая красавица! Да еще и крольчиха, ну и как ее назвать? Только Краля!!!
    - Мда, и не поспоришь. - согласилась мама.
    Гостью разместили рядом со столом, на котором стояла клетка Тошки. Сразу, как только Краля почувствовала твердую поверхность, окрестности огласил мощный удар - крольчиха долбанула задними лапами по дну клетки. Звук смахивал на выстрел.
    - Она сердится. Она всегда сердится, когда ее на незнакомое место перевозят. Но она скоро перестанет....
    Ночью, когда наконец все успокоились и уснули, Тошка и Барон встречали на балконе свою подругу крысу Катьку:
    - Ой, я слышала!!! У вас новенькая! Как здорово! - все вздрогнули от очередного гулкого удара лапами по дну клетки. Катька присела, испуганно выпучив глазки. - Это что?
    - Это она сердится... - ответил Барон
    - А чего она сердится? А давайте я с ней поболтаю? - затараторила Катька. - Все-таки родственница, как никак!
    - Родственница? - спросил Барон
    - Ну да. - ответил Тошка. - Грызуны они обе. Должны найти общий язык... Кажется...
    Катерина прокралась в комнату и принялась бегать вокруг клетки:
    - Ой, здравствуй! А я Катька, а ты Краля, да? - крольчиха молча смотрела за беготней родственницы вокруг места своего жительства. Катька оббегала все кругом, со всех сторон заглянула, везде понюхала, высказала кучу советов, рассказала сто анекдотов и устроилась напротив дверцы. - Ну чего молчишь? Скажи хоть что-нибудь!
    Краля величаво взяла из кормушки веточку петрушки и повернулась спиной, всем своим видом показывая, что не расположена к разговорам:
    - А она хоть говорить-то умеет? - поинтересовался Барон, ответом ему стал оглушительный удар лапами, Катька с визгом выскочила из комнаты. - Умеет, но не хочет! Ну и ладно! Очень надо было!
    Вскоре хозяевам надоело просыпаться от ударов, они вынесли клетку на балкон и плотно закрыли дверь, а Барон и Тошка остались сидеть на своем любимом столе, изредка поглядывая в окошко на Кралю. Прошло немного времени, Тошка забрался на свою жердочку и закрыл глаза, Барон свернулся на батарее. Квартира погрузилась в нервный сон...
    ... На утро, абсолютно не выспавшиеся и злые Барон и Тошка выбрались во двор. Тошка нахохлился на ветке, а Барон отправился на совместную прогулку с соседом с верхнего этажа, огромным котом породы "Невская карнавальная" и его хозяйкой. Был этот кот необычайно серьезен, пушист и толст. Слыл знатоком и философом, и вообще имел внешность аристократическую. Поэтому хозяйка гуляла с ним на поводке. Несмотря на импозантность, кота звали абсолютно не изысканно - Васькой. Говорят в молодости Васька когтем нацарапал на обивке хозяйкиного дивана философский трактат о смысле жизни, правда его порыв был не понят и не оценен. Диван так вообще выкинули! С тех пор Васька был гордо молчалив, но при необходимости бил морду любому зарвавшемуся псу. Поэтому во дворе он пользовался заслуженным уважением, и за советом как быть дальше Барон отправился именно к нему:
    - Привет сосед! - поздоровался Барон. Васька, не сбившись с шага вразвалочку, покосился на Барона.
    - И тебе поздорову... - прогудел он.
    - Василий, тут это, совет нужен... - Барон смущенно вытянул хвост.
    - Чем могу быть полезен, юноша? - и Барон рассказал ему о приезде нового жильца, во всем красках, иногда подпрыгивая для убедительности, и разводя лапы в стороны, чтобы показать размеры Крали.
    - ... в общем достала она совсем! Ни с кем не разговаривает! И ваще спать не дает, что делать, а? - спросил Барон. Васька задумался, потом так вообще сел по середине тропинки. Хозяйка покорно остановилась рядом.
    - Так, я все понял. Вечером зайду, познакомлюсь...
    ... Тошка, услышав о разговоре, уважительно покачал головой
    - Дааа, Василий, пожалуй, поможет.
    Вечера ждали с нетерпением! И когда все обитатели опять отправились спать, поместив Кралю на балкон, Барон и Тошка прилипли к окнам.... Через некоторое время, с балкона выше этажом показалась голубоглазая морда Васьки, оценивающего расстояние. Затем показался пушистый хвост, одна задняя лапа, потом вторая. Васька неуклюже повис на передних лапах между балконами, излучая при этом абсолютное спокойствие. Потом отцепился и плюхнулся на все четыре рядом с клеткой.
    - Старею... - прокряхтел он и потянулся. Краля отреагировала на появление гостя абсолютно не эмоционально.
    - Ну что ж, мадам, давайте знакомиться? - Васька ослепительно улыбнулся.
    - Чего он говорит? - любопытно спросил Барон у Тошки.
    - Не слышу, хозяева все щели от Крали законопатили - огорчился попугай - Придется просто смотреть, сурдо переводу не обучен.
    И они стали смотреть: поначалу Краля абсолютно не обращала внимания на кота-красавца, потом с интересом, но мельком глянула на него и отвернулась. Васька же, был необычайно красноречив, о чем говорил его вздыбленный хвост, прыжки, облизывания и всякое такое. Действо было похоже на театр одного актера. Крольчиха, посидев немного спиной к Ваське, все же обернулась и уставилась на него, не забывая при этом жевать укроп. Неожиданно Васька замолчал, подошел ближе к клетке и что-то тихо сказал. Крольчиха поперхнулась, выплюнула зелень и мощным ударом лап вышибла замок своего обиталища. Вылезла наружу и, встав на задние лапы, возвысилась над Василием. Видно было, что она в гневе! Да еще в каком! Барон уважительно цокнул языком, прикинув силу удара, и заранее пожалел Ваську. Впрочем, испугаться было от чего. Краля оказалась гораздо крупнее, чем в сидячем положении, но толстый кот тоже оказался не лыком шит. Один, два удара и обалдевшая крольчиха присела, прижав уши. Васька что-то сказал, Краля виновато кивнула.
    - Да что там происходит??? - спросил ошарашенный Барон.
    - Воспитание. - ответил Тошка и многозначительно поднял крыло.
    - Ой, смотри! - вскинулся Барон - Там же Катька сидит!
    И верно, притаившись за любимой кадкой, за происходящим наблюдала крыса Катька, изумленно выпучив глазки....
    ... Процесс воспитания затянулся до утра, но результаты были ошеломительные! Обычно молчаливая и сердитая Краля, теперь вся светилась от счастья, все время что-то невнятно говорила, попискивала, и с тоской смотрела на балкон верхнего этажа. Каждый вечер Васька приходил поболтать, чем приводил Кралю просто в состояние эйфории! Понять что же там все-таки происходило не представлялось возможным, потому что Катька молчала (Чтоб Катька и молчала! Нонсенс!!!), а Васька только загадочно улыбался в усы:
    - Опыт, друг мой, опыт! Немного любви к ближнему, только и всего!...
    - А что ты сказал такого, что она разозлилась?
    - А это уже секрет. - обычно отвечал Васька и отворачивался.
    Постепенно Краля стала понемногу общаться и с остальными обитателями, правда мечтательно счастливое выражение лица так и не сходило с ее мордочки. Тошка, несмотря на внушительный возраст, тоже терялся в догадках. Когда хозяева, наконец, приехали за своей "милой лапочкой", то были поражены. Больше всего тем, что Краля абсолютно не желала уезжать. Била лапами и верещала:
    - Василий!!! Василий!!!! Ты ведь приедешь за мной? Правда?
    Василий важно подошел к клетке и сказал:
    - Конечно дорогая!.... - и только после этого крольчиха позволила погрузить себя в машину. Обещание кстати Васька выполнил, правда не сказал как.
    Таким было это воспитание и прощание! Столько загадок! Но главная тайна в том что такого сказал Василий!
    Так вот, уважаемые дамы и Джеймсы Бонды! В основном конечно дамы. Мы кот Барон и попугай Тошка, официально спрашиваем - что он такого ей сказал? И почему она такая счастливая была? Интересно же! А то Катька не говорит, но мы с ней еще разберемся...
    С нетерпением ждем ответов....

    P.S. ... а я им все равно ничего не скажу, вот!
    Катька вторая.

    (ц)drblack
    РЕАЛЬНОСТЬ - ЭТО ГАЛЛЮЦИНАЦИЯ, ПОРОЖДЁННАЯ НЕДОСТАТКОМ АЛКОГОЛЯ В КРОВИ.

    Не говорите мне что делать, и я не скажу вам куда идти.

  9. #9
    Супер-модератор Аватар для serg.2
    Регистрация
    19.02.2008
    Адрес
    МО Одинцово
    Сообщений
    3,439
    Вес репутации
    17

    По умолчанию

    Дъявол и паладин.
    -Добро пожаловать!- радушно улыбнулся Дьявол вошедшему паладину.- Вы ко мне?
    -Да,- кивнул паладин.
    -Очень рад, очень рад. Ну что-ж, проходите, располагайтесь. Ко мне так редко кто-нибудь заглядывает! Вы вот первый за два месяца.
    -Да я, собственно, по делу,- сказал паладин, перехватывая поудобнее двуручник.- Мне на минутку.
    -Понимаю, понимаю,- закивал Дьявол.- Вы, герои, очень занятой народ. Эпический квест, я угадал?
    -Именно,- подтвердил паладин.
    -Ну, как обычно. Тяжело, небось, было ко мне добираться?
    -Насилу жив остался,- вздохнул паладин.
    -Отрадно слышать,- расцвел улыбкой Дьявол.- Значит, мои слуги пока справляются с обязанностями. Я ведь им велел никого ко мне не пропускать. У меня дела, я не могу отвлекаться по пустякам.
    -Мне целых три недели пришлось собирать бумаги,- пожаловался паладин.- Что это вообще за правила? Почему я должен предъявлять всяким статуям какие-то дурацкие Четыре Пергамента? А сколько возни было с Пятью Печатями! Меня там дикие суккубы чуть с потрохами не съели!
    -Таков порядок,- пожал плечами Дьявол.- Если бы ко мне мог запросто пробиться любой герой, здесь было бы такое столпотворение!.. Каждому охота выполнить эпический квест. Вот вы и пристаёте к кому ни попадя, к трактирщикам, к крестьянам, к верховным магам: "дай квест, дай квест, дай квест!" А что отвечают все трактирщики и великие маги?
    -"Иди к черту!"- пробубнил паладин.
    -Правильно. И вы, конечно, тут же идёте. Да если бы я не мобилизовал все силы Тьмы, мне бы ни минуты роздыха не было!
    Паладин неловко переступил с ноги на ногу и потыкал в пол острием меча.
    -Ну так что с квестом-то?- спросил он.
    -Да вроде всё уже с квестом. Добрался до меня, молодец (ничего, что я на "ты"?), получи зачёт. Давай обходной лист, я подпишу.
    -Так ведь тут какое дело,- замялся паладин,- у меня его нет.
    -Чего нет? Обходного листа?
    -Ну да.
    -Не понимаю. А зачем же ты тогда ко мне шёл? Как будешь теперь квест сдавать?
    Паладин смущенно отвёл глаза.
    -Да я вообще-то тебя убить собирался.
    -Меня?!
    -Ага.
    -Убить?
    -Ну вроде того...
    Дьявол с высоты своих трёх метров по-птичьи посмотрел на паладина одним глазом, словно на диковинную букашку.
    -Допустим. А потом?
    -Не знаю... Наверное, отрубил бы голову. Или вырезал сердце. Что там полагается предъявить в доказательство убийства?
    Дьявол со свистом втянул воздух сквозь зубы.
    -И ты ради этого сюда припёрся?
    -Ага,- кивнул паладин.- Так что вот... давай драться. Я тебя вызываю на честный бой.
    -А пошел ты *** ****!- ответил Дьявол.
    -Я пытался,- смущенно признался паладин.- Но до конца не дошел. Там уже на втором уровне такие препятствия..!

    © bormor
    РЕАЛЬНОСТЬ - ЭТО ГАЛЛЮЦИНАЦИЯ, ПОРОЖДЁННАЯ НЕДОСТАТКОМ АЛКОГОЛЯ В КРОВИ.

    Не говорите мне что делать, и я не скажу вам куда идти.

  10. #10
    Супер-модератор Аватар для SeGGa
    Регистрация
    19.03.2008
    Адрес
    Астрахань
    Сообщений
    1,536
    Вес репутации
    13

    По умолчанию

    Цитата Сообщение от serg.2 Посмотреть сообщение
    -И ты ради этого сюда припёрся?
    -Ага,- кивнул паладин.- Так что вот... давай драться. Я тебя вызываю на честный бой.
    -А пошел ты *** ****!- ответил Дьявол.
    -Я пытался,- смущенно признался паладин.- Но до конца не дошел. Там уже на втором уровне такие препятствия..!

    © bormor
    Патсталом... :)
    В горе, бурю, в житейскую стынь и когда тебе грустно, казаться улыбчивым и простым - самое высшее в мире искусство.
    С.Есенин
    *

Ваши права

  • Вы не можете создавать новые темы
  • Вы не можете отвечать в темах
  • Вы не можете прикреплять вложения
  • Вы не можете редактировать свои сообщения
  •